Лед твоих объятий

Терпкий напиток прокатился по горлу холодной волной, вызывая ответный отклик моего внутреннего льда.

– Бекс, ты – гений! – восхищенно заметил Рэнском. – Только тебе в голову могла прийти подобная идея. Вечеринка в стиле Императора Артура Благословенного. Просто восторг!

– Угу, – кивнула, отвлекшись на проносящуюся в танце с Диланом Тайру и повернулась к Гарри.

Я собиралась поделиться с ним мыслями о будущих арсконских гонках, но отвлеклась на шум, возникший у входа в залу, и застыла. В дверях стоял высокий светловолосый мужчина и смотрел на меня так… Я не могла передать выражение его ледяных синих глаз.

Я встряхнулась и постаралась избавиться от непонятного ощущения, возникшего внутри.

– Бекс, ты чего? – заметил мое состояние Рэнском.

– Все нормально, – я отвела взгляд, но не выдержала и снова уставилась на незнакомца. – Гарри, ты не знаешь, что это за тип? – тихо спросила друга.

– Кто? – завертел головой Рэнском.

– Вон, в дверях застыл.

– Странно, – Гарри пристально вгляделся в незнакомца. – Не могу понять. Может, Бил Нордей? Он хвастался Уиллу, что на сегодняшней вечеринке его никто не узнает.

– Да нет. Билли ниже. И глаза у него светлее.

– А, я понял! – Гарри стукнул себя по лбу и широко улыбнулся. – Это Оллар Ситлтон!

– Это вряд ли, – с сомнением протянула я. – Ситлтон никогда не смог бы изобразить такой взгляд.

– Тогда, может, Карл Кавендиш? Да нет, – Гарри тут же опроверг собственную версию. – Не похож.

– Но кто же это?!

– А вот сейчас и узнаем, – хмыкнул друг. – Кто бы это ни был, он направляется сюда.

Точно. Незнакомец как-то устало провел по лбу рукой и двинулся в нашу сторону. Походка его была медленной, чуть прихрамывающей, дерганой. Глаза, не отрываясь, смотрели прямо на меня.

– Что-то он странный какой-то, – озадаченно произнес Гарри.

Я кивнула, соглашаясь с другом. Да, неизвестный выглядел… необычно. И чем ближе он подходил, тем большее вызывал недоумение. Выцветшая, запыленная одежда, длинные спутанные волосы, рваные движения.

– Энни, – оказавшись рядом, тихо произнес мужчина. – Энни, неужели это ты?

– Простите?

– Энн…

Мужчина смотрел на меня с непередаваемым выражением. Мне даже не по себе стало. И лицо – красивое, породистое лицо – откуда-то я его знала.