Лед твоих объятий

"Вот, Бекки! Я нашла свой идеал!", – решительно выдала Тэй и принялась перевоплощаться. А я долго листала журналы, потом так же долго бродила по замку в поисках подходящей идеи, но та все никак не приходила, пока я не наткнулась в галерее на один портрет. На нем была изображена молоденькая девушка – нежная, почти воздушная, с таинственным взглядом красивых темно-серых глаз и загадочной улыбкой. Настоящая Светлая леди из прошлого! Яркие каштановые волосы уложены в низкий узел, голова высоко поднята, платье наглухо застегнуто, корсет подчеркивает идеальную осанку.

Она была совсем на меня не похожа, и, наверное, именно это и стало решающим! "Анна Мария Кервуд" – прочитала я витиеватую надпись в нижнем правом углу. Скорее всего, одна из многочисленных тетушек отца. Жаль, что я никогда особо не интересовалась семейной историей, иначе сейчас точно знала бы, кто эта леди. Впрочем, неважно. Какое мне дело до давно почивших родственников? Настоящее – вот что интересно! Мне нужен был необычный образ, и я его нашла.

– Леди Гринделл, прошу вас, всего один танец!

Грегори протянул руку, приглашая на сарантеллу.

– Ах, милорд, разве могу я вам отказать?

Я томно вздохнула, вложила пальчики в ладонь Симмонса и сделала крошечный шаг ему навстречу. Ни дать ни взять благовоспитанная Светлая леди!

Музыканты заиграли знойную мелодию, и мир закружился в страстных па старинного танца. Потом были еще арнет и брилс, зажигательная ронда и веселая парка. Мимо мелькали знакомо-незнакомые лица, и я с трудом понимала, кто есть кто.

Старинная одежда и непривычные образы изменили моих друзей до неузнаваемости! Мне казалось, что я вижу оживших леди и лордов Старой эпохи.

Гарри Рэнском, с которым я танцевала ринс, отвесил учтивый поклон и подвел меня к сверкающим ледяным выступам с напитками. Да-да! Я воспользовалась услугами "Прэскотт-дом", и те полностью воспроизвели обстановку бального вечера четырехсотлетней давности: вдоль стен стояли ледяные стулья с высокими спинками, в одном из углов расположились снежные сугробы с прохладительными напитками, по краям залы кружила метель, а на небольшом балкончике обосновался настоящий живой оркестр.

Кстати, последний вызвал подлинный фурор. Еще бы! В нашем обществе живая музыка – слишком большая редкость. Все-таки век техномагии с ее бесчисленными достижениями, которыми так гордятся современные маги-техники.

Я взяла запотевший бокал монского и сделала большой глоток.