Шаг влево, шаг вправо

Не нравится – иди торгуй диванами в «Альков-сервисе» или найди себе любую другую нормальную работу. Ведь еще не поздно…

Отчего-то в последнее время подобные мысли стали посещать меня все чаще. Пытаясь отогнать их, я высадил в издырявленную мишень одну за другой сразу три пули из «марголина» – не уверен, что мимо «молока», зато от души.

– Рано благодаришь, – осадил Максютов. – Не стану тебе ничего обещать, но если дело сдвинется… Вот что… Кому посоветуешь передать твою группу?

Так я и думал.

– Саше Скорнякову.

– Не молод ли?

– Вся группа три человека, – напомнил я. – По «Квазару» работу практически закончили, среди технологов чисто. Образцы крал и передавал цеховой рабочий. Разработка по «Сириусу» только начата, однако значительных затруднений не предвижу. Плюс кое-какая мелочь. Скорняков потянет.

Максютов молчал целую минуту – как видно, успевая размеренно постреливать по мишеням, одновременно натужно ворочал в голове неизвестные мне мысли, тяжкие, как гранитные надолбы. Одно было ясно: и вороватый рабочий, и опытные образцы новейшей волоконной оптокерамики, попавшие в лапы концерна «Сименс», интересовали его сейчас весьма мало.

– Ну, Скорнякову так Скорнякову, – решил он наконец. – С этого момента ты, Алексей, формально уходишь в резерв, фактически же будешь заниматься совсем другим. Догадываешься чем?

– Догадываюсь. – Изображать из себя окончательно лопоухого осла тоже не стоило.

– Вот и ладно. Тема пока существует неофициально. Отчитываться в результатах будешь только передо мной.

– Отчитываться только перед вами, Анатолий Порфирьевич.

– Свои образцы сдашь Борисову, он здесь и ждет. Сколько тебе нужно времени, чтобы просеять двести мегабайт?

– На «Большой Считалке»?

– На своем чипе.

Я прикинул.

– Сутки.

– Всего-то? – Максютов с усмешкой качнул головой. – Добро. Прямо завидую: хоть сам беги дырявить голову и ставить чип… вприпрыжку. Вот что, Алексей: добавлю тебе на подзатыльник еще кое-какой материал от себя, ознакомишься.

– Да.

– Тогда пошли запишем, – сказал он.

Опять послали – и я опять пошел. Только на сей раз хвостиком за Максютовым.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Зря я предупредил Машу, чтобы рано не ждала, – было пять утра, а это в обычном понимании и есть рано. В такое время нормальные люди еще спят, тем более в воскресенье. И, между прочим, напрасно.