Хайаса. Свет Ликующий

– Ладно, мы согласны, но с одним условием, – остановил его Никита.

– Каким же? – сразу оживился правитель Асгарда.

– Ты навсегда оставляешь в покое этих людей, – выдвинул встречное требование Никита.

Секунду подумав, Один махнул рукой.

– А, твоя взяла!

– Врет же, – прошептал Смит.

– Надеюсь, что нет, – ответил Никита.

– Да, но и у меня будет условие, – вдруг прокричал со стены Один.

– Какое? – встревожился Никита.

– Я не такой дурак, чтоб пропускать вас в город, поэтому подыщите кого-нибудь не из ваших.

– Хорошо, – ответил Никита.

Вечером, когда собрались у костра в своем временном лагере, ребята стали решать, кто же повезет золото в Асгард.

– Никит, по-моему, это беспонтово, они обманут нас, – сказал Смит.

– Но попробовать-то нужно, чтоб потом не жалеть. Только… кто повезет его? Местные даже близко к мосту не подойдут, они его как огня боятся, а нас асгардцы сами близко не подпустят, – Никита задумался.

– Н-да-а, незадача.

– Не хочу рисковать, подъехать не успеешь, и они из тебя ежика сделают, – остановил его Никита.

– А давайте… я, – сказала Гулька, подсев к ним, поближе к костру.

Гулька – жена Никиты уже третий год, целительница, которая лечила и ребят, и их воинов из местных. Ее не то чтобы боялись, но опасались – она колдунья, вдруг возьмет и в лягушку превратит. Кстати, Кукконен с ее сестрой встречался, она его и спасла в тот последний день.

– Гулька, ну хоть ты не лезь, маленькая моя, – и действительно, рядом с великаном Никитой Гулльвейг[78 - Гулльвейг – в скандинавской мифологии – злая колдунья, посланная ванами к асам. Олицетворяет силу золота. Асы пытались убить ее несколько раз (копьями и огнем), но она живет и сейчас. Ее появление в Асгарде спровоцировало войну между асами и ванами – первую в мире войну.] выглядела крохотной Дюймовочкой.

– Ник, ты сам говоришь, вас они не подпустят, местные сами не подойдут, а я всего лишь хрупкая женщина, чего с меня взять.

Все задумались. Повисло тяжелое молчание. Но принимать решение Никите.

– Никит, – прервал его раздумье Смит, – по-моему, у нас реально нет другого выхода, подумай.

– А почему именно моя жена? – Никита явно нервничал.

– Любовь моя, потому что я сама предложила, – ответила она за всех и поставила точку поцелуем.

– Все равно, я против, – оторвавшись от нее, ответил Никита.