Питер, прости

Чтобы уйти в себя, чтобы загнать себя, сломать и сделать заново, сделаться целой, уже другой, но тоже уверенной личностью, способной чувствовать и любить. Любить новых людей,

Сквозь плотный туман он увидел, как зажглись стоп-огни так неподходящей ей машины. В тот момент, когда любимый человек садится за руль и уезжает, внутри начинает шевелиться необъяснимая, но очень глубокая тоска. Машина тронулась, не сорвалась с места, как это бывало обычно, как она любила, а просто начала движение. Её манера вождения всегда вызывала в нём умиление: на пассажирском сиденье она дико боялась скорости, а сама гоняла, как сумасшедшая.

Он остался смотреть на воду, пытаясь найти ответы. Вот только никаких вопросов уже не задавал. С самого начала всё было честно и понятно: у него есть девушка, которую он никогда не сможет предать, выкинуть из своей жизни. Несмотря на то, что он любит эту странную, немного бесшабашную и очень нежную женщину.

Она уехала в его куртке… Это давало хоть какую-то надежду.

Выхода, казалось, не было совсем.

Эти две женщины рвали его сознание на равные части. На равные ли? Он, действительно, очень устал. Предать ту, которая столько прошла вместе с ним, он не мог, не хотел. Другая сейчас уезжала от него. И вряд ли они встретятся снова. Она уезжала от него.

Дальше?

Мысли, которые ещё оставались в его голове, были бесполезными. Он думал, думал, и только дальше загонял себя в угол. «Горе от ума», – так, смеясь, она говорила ему раньше.

Она когда-то обещала, что этот город рано или поздно всё расставит на свои места.

Для неё Питер всегда обладал судьбоносным значением. Она доверяла этому городу слишком сильно, и знала, что он её защитит. Сейчас в поддержке нуждалась не она, и тут Питер ничем помочь не мог. Это был только её город, а он здесь был лишним.

Он не знал, как найти её в городе, укрытом туманами, холодной любовью и мелким дождём.

Он не хотел никому делать больно, но делал всем. Спустя год после расставания, приехать к ней за восемь тысяч километров, чтобы просто увидеть, сказать несколько фраз, которые она уже слышала, которые были правдой, и в которые всё это время она верила, как в существование души человеческой, было отчаяньем.

Ему нужно было лететь обратно.