Лоскутная фантастика под любое настроение

Трамваи и автобусы, наверное, уже не ходят, удастся ли поймать такси – неизвестно. За соседской дверью раздавались звуки оживлённого празднества, наводя Вову на одну идею. Он решительно утопил кнопку звонка. Открыл сосед лично, шумная и весёлая компания продолжала застолье за его спиной.

– Владимир! – обрадовался сосед ему как родному. – Заходи, присоединяйся!

– Да нет, спасибо, я по делу… Слушай, срочно нужны колёса… Я осторожно… Никогда ни о чём не просил… – замямлил Вова.

На лице подвыпившего соседа нарисовалась удивление, тут же сменившееся прозрением:

– Вован! Баба?!

Вова завис на секунду, сообразил, что согласиться, пожалуй, быстрей и проще, чем объяснять происходящее, и, сглотнув, кивнул:

– Баба.

– Ну Вовик! Ай да молодец! Бери! – и хозяин протянул ему ключи от любимых «Жигулей».

– Спасибо! Не забуду! – от всего сердца поблагодарил он и бросился вниз по лестнице, с удивлением мысленно отмечая, что не такой уж и отморозок сосед, каким Вова считал его раньше.

До центра он доехал быстро, благо улицы были почти пустыми. А вот найти место для парковки оказалось делом невозможным, и Володя остановился где попало, махнув рукой на грозящий штраф. Не до того. Осталось сорок пять минут до боя курантов. Он обругал себя, что не сообразил расспросить чучика о подробностях, может, тот знал, как выглядит террорист или в какой части площади произойдёт взрыв.

Площадь оказалась, как и следовало ожидать, забита людьми.

«Где же искать этого проклятого террориста? – тоскливо подумал Вова, протискиваясь сквозь плотную толпу. – Куда бы стал я на его месте?»

И неожиданно ответил сам себе, следуя чутью, о существовании которого и не подозревал:

«В центре, конечно».

Оставалось двадцать пять минут.

Орудуя локтями, Володя начал пробиваться на середину площади, где кривенько, но гордо стояла ёлка. Достигнув цели, он принялся кружить вокруг неё – насколько позволяла плотная людская масса, – выглядывая потенциального террориста. Время шло неумолимо. Внезапно, уже второй раз за этот вечер, снова сработала проснувшаяся у Вовы интуиция, и он почувствовал – вот мерзавец, точно.