Четырнадцать дней непогоды

Я поговорю с Николаем – здесь, в столице, очень нужны такие способные и добросовестные люди.

– Как было бы замечательно отцу служить в Петербурге! Я тоже поговорю с ним, но, думаю, ваш совет вернее сможет его убедить.

– Что ж, рад буду посетить вашу свадьбу. В котором часу?

– В десять, – ответил Михаил, забывший сказать о времени.

– Прекрасно. А на следующий день…какое же это число…четвертого дня марта – начнете службу. Я еще подумаю, куда вас определить, а после Виктор передаст вам. Он ведь ваш приятель, не так ли?

– Да, мы вместе учились в Лицее.

– Совсем забыл! Забыл спросить, как поживает ваше семейство. Как маменька, сестры?

– Сейчас у нас все хорошо, хотя после потери отцом поста уездного предводителя приходилось нелегко. Старшая сестра Евдокия вышла замуж за князя Муранова и скоро будет в столице. Прасковья также приезжает – маменька хочет вывозить ее в свет.

Приходите на мою свадьбу, там будет вся наша семья.

– Непременно приду.

– Что ж, не буду далее задерживать вас, мне нужно готовиться к свадьбе.

Егор Ильич.

– До свидания, Михаил. Был очень рад увидеть вас.

Молодой человек вышел, а статский советник, искренне обрадованный будущей встречей со старинным другом, снова занялся своей работой.

Михаил шел по Невскому проспекту. Его настроение было замечательным, как и погода в Петербурге в этот день. Он только начинался, а князь уже успел многое сделать: и условиться о венчании, и заказать свадебное платье, весьма осчастливив невесту, и получить работу под началом замечательного человека, лучшего друга его отца.

Молодой человек, увлеченный мыслями, и не заметил, как подошел к своему дому. Увидев у крыльца два дормеза, он поспешил к ним. Но там уже никого не было, только слуги торопливо переносили вещи в дом. Кучер другого дормеза оставался на своем месте – Михаил узнал мурановский экипаж. Князь резво взбежал по лестнице и зашел в дом.

– Мишенька, душа моя! – Евдокия, только завидев брата, поспешила обнять его.

– Рад приветствовать княгиню Муранову, – своим обычным шутливым тоном ответил молодой человек.

И тут же к нему с двух сторон подошли Варвара Александровна и Прасковья, обнимая, целуя и засыпая вопросами своего любимого Мишеля.

По глазам родителей Михаил понял, что они уже почти не сердятся. Однако выслушать назидательные речи маменьки ему пришлось.