Тонкие струны души разрывая

А Влад не выносил незаконченных дел.

Я заглянула в его глаза. Провела кончиками пальцев по слегка колючей щеке. Спросила тихо:

– Как давно ты здесь?

– Полчаса, может больше. Не хотел будить.

– Мило. И удивительно.

– Почему удивительно?

– Ты в моей постели уже полчаса, а я все еще в одежде.

Выписав витиеватый крендель под потолком, пробка рухнула на холодильник. Задорно смеясь, я бросилась за полотенцем. Хохоча и не пытаясь сдержать бившее фонтаном шампанское, Влад разливал его по бокалам. И он, и я были в сладко-пьяных каплях.

– Тост!

– Какой? –с трудом дыша, спросила я.

– За Властительницу дум моих!

– Ого! Я-то думала мы избавление от гипса отмечаем.

– И это тоже!

Взяв мою освобожденную от гипсовой кандалы руку, он нежно поцеловал запястье. Но, как обычно, не смог довольствоваться малым, и кухня была покинута прежде, чем опустели бокалы с шампанским.

Когда вновь воцарилась чистота, а шампанское сменила арабика, Влад хитро прищурился и сказал:

– Ты ведь не думаешь, что на этом все?

– Нас ожидает второй раунд развратных утех?

– Хорошая идея, – с выражением лица греческого философа кивнул он. – Но я совсем о другом.

Словно маленькую, он взял меня за руку и повел за собой. Укутал в шубу. Бросив кому-то из охраны по телефону короткое: «Давай!», вывел на крыльцо.

Ворота развелись и пред наши ясно очи явилось небесно-голубое диво.

Об этом мне поведал Влад. Я же смотрела на диво растерянно, не зная толком, как реагировать. Подобный ступор находил на меня всегда, когда щедрость любовника переходила все разумные границы. Выжав из себя улыбку, я пробормотала:

–Спасибо!

Влад моей реакции не удивился – привык. По-хозяйски привлек к себе. Он то точно всегда знал, чего хотел. И какой должна быть моя благодарность решил заранее.

– Ля-по-та-а-а-а, – оглядывая мой подарочек, пропела Анжела. Плюхнулась на водительское место и вновь повторила. – Ля-по-ти-ща-а-а-а…

Последние десять минут она употребляла исключительно эти два слова. Впрочем, ее это нисколько не смущало. Я же успела замерзнуть. Теплая шубка не слишком спасала от штормового ветра. Поспешив в дом, я бросила на ходу:

– Я ушла радоваться в тепле. Надоест, присоединяйся.

Расчет был верен.