Тридцать на двоих

Парикмахер постригла Аню и уложила ей волосы, старательно вытянув их феном. Выпрямленные волосы блестели, как в рекламе шампуня, и даже казались немного светлее. Пока ее стригли, Аня почти успокоилась. Все это время она смотрела себе под ноги. Она не боялась посмотреть на себя в зеркало. Она просто не хотела на себя видеть – такую, какая получилась. Не такую, как она мечтала.

Парикмахер сделала последние штрихи тонкой расческой и закрепила укладку лаком для волос.

– А вам очень идет, – сказала она. – Сначала я сомневалась, но получилось хорошо.

У вас волнистые волосы. Чтобы волосы хорошо лежали, их нужно вытягивать феном.

Аня подняла глаза и невольно улыбнулась своему новому отражению. Короткая стрижка была на удивление ей к лицу.

Перед выпускным Аня встретилась с Линой. Та была одета и причесана так же просто, как и она сама.

– Этому платью десять лет, – сказала худая и высокая Лина, кивая на свое платье. Простое, короткое, на тонких лямках, но при этом все же праздничное.

 – Старшая сестра еще в нем на свой выпускной ходила. Ей оно до колен было, она ниже меня ростом. Мне оно всегда нравилось. Тем более деньги сейчас нужны, да и вообще.

– А мы на прошлой неделе купили, – сказала Аня. – Я хотела красивое, с пышной юбкой, как у всех.

– У тебя классное платье, и стрижка тебе очень идет.

Аттестаты вручали в актовом зале, а праздновали в школьной столовой. Обеденные столы сдвинули в два длинных ряда, поставили деревянные скамейки. Один ряд – для вчерашних школьников, второй – для учителей и родителей.

Танцевали позже – в актовом зале. Выпускной вечер получился очень скромным.

Не происходило ничего интересного. Никто не напился, не подрался. Под утро их класс отвезли на Поклонную гору, они сделали несколько общих фотографий в утреннем полумраке, замерзли и поехали обратно.

По дороге Лине позвонила Маша и сообщила, что двенадцать часов назад родила девочку. Уточнила, что родила сама.

– Вроде радоваться надо, а почему-то грустно, – сказала Аня.

– Мне кажется, это самый скучный выпускной во всей стране, – вздохнула Лина, снимая туфли и забираясь в кресло с ногами.

– Это точно. Не так я себе представляла начало взрослой жизни.

– Что завтра делать будешь?

– Сначала высплюсь, потом надо сходить сфотографироваться, чтобы документы подавать.

– Приходи к вечеру в школу. Осталось много еды. Говорят, нужно доесть.

– Конечно. Деньги ведь заплатили.

– Вино тоже осталось.