Сваха для монаха

Но где он работал?

– Работал?

Евгений вытаращился на подруг, словно они сказали нечто поразительное.

– Работал! – раздельно и внятно повторила Мариша на тот случай, если бедняга не понял этого слова или просто забыл, что оно означает.

– Ну да, наверное, где-то он в самом деле работал, – пробормотал Евгений в конце концов в ответ. – Не знаю я.

– Как это?

– Лично я безработный, – откровенно признался Евгений. – Вольная птица. Наверное, и Владимир тоже нигде официально не числился. Иначе как бы он смог прожить в монастыре с мая по сентябрь?

Подруг это тоже интересовало.

А еще их интересовало, на какие же тогда шиши мог существовать Владимир. Монастырь вряд ли платил ему большие деньги, если вообще платил хоть что-то. А ведь, приехав обратно в город, Владимиру предстояло еще пережить зиму. И кто бы его содержал? Или он собирался остаться в монастыре до следующего года?

– Ничего такого он мне о своих планах не говорил, – почему-то побледнел и встревожился Евгений. – Но и уезжать пока не собирался.

Евгений даже вспотел. У него на лбу выступили крупные капли пота. И это тоже было странно и непонятно.

– Во всяком случае, до холодов Вовка отсюда точно никуда не собирался.

Это было тоже довольно странно. И наталкивало на мысль, что версия подруг о том, что Владимир попросту прятался в монастыре, была не так далека от истины. Но если Мариша была целиком сосредоточена на расследовании, то у Катьки был свой интерес. Она поумерила свою пылкость и теперь задумчиво смотрела на Евгения.

Наконец тот заметил ее пристальный взгляд и спросил:

– Что?

– Как же так получилось?

– Что?

– Что ты безработный?

– Вот так и получилось. У меня творческий кризис.

– То есть раньше ты работал?

Катькины настойчивые расспросы имели под собой самое простое основание. Она интересовалась, насколько перспективен Евгений. Можно ли его рассматривать в качестве потенциального жениха. Потому что, как ни озабочена была Катька проблемой замужества, выходить замуж за бездельника она не собиралась.

Даже по большой любви. В этом смысле у нее были свои принципы.

Но Евгений был всего лишь мужчиной. То есть существом в определенном плане наивным и к тому же не подозревающим, что за ним денно и нощно ведется охота, а сам он находится под постоянным прицелом алчущих женских глаз. Поэтому в Катькином вопросе он никакого подвоха не заметил. И просто ответил:

– Ну, разумеется, я работал! Это я сейчас безработный.