На стрелку с ангелами

Родион послушно собрал свое неуклюжее тело, поднялся на ноги-ходули, как-то странно покачиваясь из стороны в сторону, словно большой верблюд потопал в указанном направлении.

– Вы к Родиону не очень-то приставайте с расспросами, – поспешно произнес дядя. – Он у нас с детства малость… того…

– Дурачок?

– Ну, не то чтобы совсем, но учился всегда плохо, одни троечки в аттестате стояли. Да не из-за лени, а не давалась ему школьная премудрость. Болел вечно. То одна хворь прицепится, то другая. Его даже в специальную школу пришлось перевести, да и ее он с грехом пополам закончил.

То болеет парень, то хандрит, то тупит. Лали измучилась, по врачам с ним бегая. Горе, а не сын! Вот Тильда – та совсем другая. От нее отцу с матерью только одна радость была. А Родион… никогда не поймешь, то ли он спит, то ли просто где-то мыслями витает.

– Он сказал нам, что видел, как тетя Лали уходит из дома, но даже не спросил ее, куда она идет.

– Вполне в его духе!

В это время вернулся Родион, потративший, по подсчетам подруг, на поиски вазочки с печеньем слишком много времени, а между тем вазочку так и не нашел.

– А где печенье? – удивился дядя, увидев племянника с пустыми руками.

– Нет на холодильнике никакой синей вазочки.

Дядя Балтазар немного подумал и спросил:

– Ну, а само печенье ты видел?

– Да, печенье и булочки с джемом. И еще конфеты.

– Вот их и неси.

На сей раз Родион вернулся быстрее. Печенья, сдобы и конфет дядя Балтазар насыпал в вазочку от души, сладости совсем закрыли стенки вазочки.

Видимо, глядя на нее с высоты своего роста, Родион не заметил под сладостями синего стекла. Водрузив в центр стола сладости, он взял свою чашку кофе и вновь безразлично уставился в телевизор.

Балтазар Варфоломеевич выразительно взглянул на подруг и, взяв свою чашку, откинулся на спинку дивана:

– Так о чем вы хотели поговорить?

– Кто мог убить тетю Лали?

– Понятия не имею! В нашей семье все в полнейшем недоумении.

При этих словах Родион на секунду вроде бы встрепенулся, но взглянул на дядю, ответившего ему быстрым взглядом, и так и не произнес ни слова.

А дядя Балтазар заговорил вновь:

– С чужими Лали практически не общалась.

– Она не работала?

– В молодости, наверное, работала. Но я-то с ней познакомился уже на свадьбе у брата. И с тех пор, да еще как у нее появились дети, Тильда и Родион, Лали полностью посвятила себя им и заботе о своей семье.

– Значит, весь ее круг общения ограничивался членами семьи?

– Да.