Неделя из семи пятниц

Сначала – по асфальту, потом шины зашуршали по гравию. Минут через пять машина ненадолго остановилась, потом снова тронулась и проехала еще метров сто. И затем остановилась, на этот раз окончательно. Подруг вытолкнули из машины и повели куда-то вверх по лестнице. Провели два пролета, затем втолкнули через дверь в какое-то помещение. Здесь с их глаз сняли повязки, освободили руки и, не дав оглядеться, подтолкнули к еще одной двери.

– Сейчас пойдете к шефу, – сказал им черноволосый. – Ведите себя, дуры, с ним примерно.

Но и в его голосе, как и в голосе боевика, который остался в машине, не прозвучало особой уверенности. Подруги поежились и переглянулись.

– Не разговаривать! – тут же послышался у них за спиной окрик черноволосого. – Говорить будете только, когда вас спросят. Ясно?

– Ясно, – промямлила Юля.

– Тогда идем, – сказал черноволосый и втолкнул подруг в следующую комнату.

Это оказался кабинет.

– Так это они и есть? – неожиданно послышался голос, и подруги вздрогнули.

Отвлекшись, они только сейчас заметили самого хозяина кабинета. Впрочем, это было и немудрено. Хозяином оказался маленький и какой-то весь скрюченный старичок. Из-за высокой спинки кресла его совсем не было видно.

– Нашли? – обратился он к черноволосому.

Говорил он явно не о девушках. На них старик даже не смотрел. Черноволосый кивнул в ответ и поспешно сделал несколько шагов к столу. Старичок также торопливо положил на стол свои искривленные артритом пальцы и схватил мокрый кусочек шелка.

– В чем это он? – недоуменно спросил старичок.

– Девки перевернули на него пиво, – смущенно объяснил ему черноволосый.

Старик горестно охнул и злобно взглянул на молодежь. Подруги в ужасе попятились, решив, что пришел их последний час.

– Болван! – сердито воскликнул старик. – Вы все сборище болванов! Ничего вам поручить нельзя. Тут же больше половины информации уничтожено.

И старик погрузился в горестные размышления. Наконец он пришел к какому-то определенному выводу.

– Попытаемся высушить, может быть, все не так страшно, – сказал он. – Но лучше дай-ка мне телефон.