К колдунье не ходи

Хотя тело твоего отца кремировано, но между тобой и этим малышом все равно должны найтись общие гены.

Ульяна внимательно выслушала слова Василия Петровича, но покачала головой отрицательно:

– Еще чего! Не дам я своего ребенка иголкой колоть! Он рожден в законном браке, значит, является законным сыном и наследником своего отца. И точка! Я никаких тестов делать не буду! Я и к юристу ходила, специально о правах моего мальчика узнавала.

– Вы это слышали! – взревел Сергей! – Уже и к юристам смоталась!

И он вновь вскочил на ноги.

– Слышь… – прохрипел охранник. – Ты, это… того! Не тронь ее!

– Ваня, на чьей ты стороне? – рвался из его рук Сергей. – Она ведь аферистка!

– В первую очередь, она – мать. Не трогай ее! Понял?

Сергей понял и смирился. А Ульяна заметила:

– Я ведь совсем не против, чтобы разделить квартиру на троих. Одна часть достанется вам, а две – мне и моему ребенку.

– Квартира? – нехорошо прищурился на нее Сергей.

– Ну да, – пожала плечами Ульяна.

– А еще кое-что ты не забыла?

– Не понимаю, о чем речь.

Ульяна чирикала очень мило, но личико ее внезапно нахмурилось. Что касается Сереги, он взглядами метал громы и молнии. Но бушевать побаивался, памятуя о том, что тут же находятся брат и его охранник. Поэтому он ограничился тем, что свирепо уставился на Ульяну:

– Действительно не понимаешь?

– Нет. Квартира – это единственное, чем располагал мой муж.

– Верно. Жил. Но кроме этой квартирки у бати скопилось еще немного земли.

– Это вы про тот дачный участок, что моему мужу дали от работы?

– И который он впоследствии приватизировал!

– Так на том участке ничего нет. Дом – жалкий сарайчик, давно пора его снести. И несколько старых яблонь.

– Ты дуру мне тут не включай! – снова озверел Сергей. – Участок ей плох! А что батя у трех своих соседей землю в конце восьмидесятых откупил – это ничего? А что участки те как раз вдоль Невы располагаются – это тебе шуточки? А что садоводство это всего в двадцати верстах от города – это тоже ерунда? – И, повернувшись к брату, он произнес: – Сорок соток земли на Неве, причем земли чистой, где даже сносить ничего не надо, кроме нескольких курятников, – на сколько, как ты думаешь, они потянут?!

Тут даже Василий Петрович невольно почувствовал уважение к нарисовавшейся перед его мысленным взором цифре.