Чудные мгновения. Уроки литературы

САМОЙЛОВ КНЯЗЬ ВАСИЛЬКО РОСТОВСКИЙ

Не многим русским поэтам хватало мужества для того, чтобы заглянуть в глубины русской истории, и вроде бы эти темы не были запретными, но и говорить о них было не принято. Только короткие упоминания в летописях и остались нам о славных наших предках.

Забыть – не думать – не знать – вот наше «золотое» правило на все времена. И не случайно так смущало московскую Русь, погрязшую в татарском рабстве, вольное золотое время Киевской Руси.

Чванливая и самодовольная Москва ничего не видела никогда дальше собственной истории, не особенно лицеприятной и полной темных и кровавых дел.

В 1911 году русский поэт М. Зенкевич пишет свое стихотворение «Князья», именно ими он восхищается и любуется:

Любо было вам, идя в походы,

Хлеб и соль встречать с поклоном в селах,

И чеканный ковш лесного меда

Пить с дружиной на пирах веселых.

Но как только почувствуешь этот дух древнего славянства, так от более близкой истории и следа не остается больше.

Не было тогда в русских душах обреченного уныния, именно православное христианство с его бесконечными запретами и карами принесло его с собой,

И с утра с колчаном стрел каленных

В топкой гати на болоте буром,

Стоя в стременах раззолоченных,

С гиком гнаться за мясистым туром.

Тризны, свадьбы, княжеские пиры, все это сплачивало людей, давало им уверенность в собственной мощи и свободе. Но постепенно горькие и страшные явления проникали в эту реальность, войны, междоусобицы, которых не могло смирить и христианство:

Но зато, когда из-за удела,

Спор решали вы крутой расправой,

Долго по ночам земля гудела,

Досыта напившись крови ржавой.

Но не идеализирует те далекие времена русский поэт. Хотя с горечью и болью вспоминает он об ушедших навсегда русских князьях:

Кто стрелой татарской убиенный,

Кто снедаем язвой моровою,

В черной схиме, в простоте смиренной,

Отошли вы к вечному покою.

Ничего от них не осталось в этом мире, даже могилы их сметены с лица земли:

И старинного чекана раки,

Плесневея в отсыревшем склепе,

Ваши имена гласят во мраке

Золотом церковных благолепий.

Но и во времена, когда заискивал перед ордой московский князь Иван Калита, одаривая ханов подарками и уничтожая всех братьев, стоявших у него на пути, находились совсем другие князья.