Дудочка альфонса

И самое главное, винить ей было абсолютно некого, кроме самой себя!

И тут Леся, словно светоч в ночи, вдруг сказала:

– У нас теперь есть только один выход, как вернуть твои деньги, Вета.

– Да? И какой же?

– Надо пройтись по всем тем женщинам, которых так же точно обманул Влад!

Некоторое время в комнате было тихо. А потом Вета кинулась на шею к Лесе.

– Дорогая ты моя! Спасительница! Ведь если бы не ты, я уже подумала бы, как мне руки на себя половчее наложить.

– Ну что ты, Вета! Нельзя же так переживать.

Леся имела в виду, что Влад не стоит таких страданий и жертв. Однако Вета поняла ее по-своему и закричала:

– Но ведь десять тысяч долларов! Для меня это огромные деньжищи! Сколько лет их я копила! Мне такую сумму во второй раз ни в жизнь не накопить!

Поняв, что подруга больше все же переживает из-за денег, а не из-за покинувшего ее любовника, две сыщицы несколько приободрились. Все же искать, найти и вернуть деньги было существенно проще, чем обнаружить совесть у такого человека, как Влад! Найти, а потом призвать эту совесть к ответу.

К счастью для них всех, добрая Вера не могла отказать в просьбе никому. И она исправно брала телефоны и другие координаты у женщин, обманутых Владом. Они давали свои телефонные номера Вере, чтобы она позвонила им в случае, если Влад объявится. И бескорыстная Вера прежде, чем вернуться за свой скромный прилавок, сбегала домой и принесла подругам все эти телефоны.

Бумажка, на которой Вера вела свой скорбный список, была покрыта жирными пятнами и изрядно попахивала селедкой.

Но тем не менее, хоть и вонючий, этот список представлялся подругам настоящим сокровищем. Они тщательно протерли его слегка влажной тряпочкой, чтобы уничтожить ароматы атлантической сельди.

Всего женщин было четыре. Алла. Белла. Валя. И Георгина. Последняя очень заинтересовала подруг. Но начать они все же решили с Аллы.

– Кто будет звонить? – спросила у подруг Кира.

– Ты и будешь!

– Почему я?

– Ты самая решительная.

Алла сняла трубку сама. Вначале она разговаривала устало и резко. Но, услышав, кто и зачем ее беспокоит, она тут же сменила тон.

– Милые мои! – воскликнула она.