По краю Вечности

Твоя прапрапра была темной, но род на ней не прервался, не так ли?

Таит удивленно моргнула:

– Так…

– Да, тьма забирает в Вечность часть семьи – это необходимо, чтобы пробудить в ребенке силу. Появляясь на свет, темный впитывает растворенную вокруг силу смерти и боли… подкрепляясь. Закрепляя себя на пути магии мрака. Но если в момент рождения рядом находится сильный темный маг, нужда в чужой смерти отпадает – необходимую силу дадут. И на путь наставят без ущерба для рода. Другое дело, что рождение темного не предугадаешь, поэтому спасти его семью удается редко.

Я поколебалась, но добавила откровенным:

– А вообще это началось после эпохи Войны, вернее, после дел Девятого. Тьмы в мире нет, впитывать нам нечего, вот и… добываем сами. Иногда получается предвидеть и предсказать рождение темного… но очень редко. По большим всплескам силы мрака мы, конечно, находим детей… но слишком поздно.

И поздно не только для родителей, но и для ребенка, ведь окружающим проще «не замечать» появление проклятого (или избавиться от него), чем спасать того, кто губит одним своим появлением на свет… И еще и поэтому темных так унизительно мало.

Реакция Таит порадовала.

– Что мне делать? – она смотрела на меня прямо и сосредоточенно.

– Помнить. Следить. И не медлить. Она будет третьей, за двумя парнями. Как только поймешь, что ждешь ребенка, уезжай. На материке Великой доберешься до Песчаного кряжа – это самая северная область. У подножия Песчаного великана остановишься в городе и найдешь человека по имени Хлосс.

Его там все знают, он – глава братства темных. Да, не удивляйся, у нас нет гильдии, зато есть братство. И доверяй Хлоссу, как доверяешь мне.

В синих глазах Таит вспыхнул понятный вопрос, и я ответила на него сходу:

– Прошли те времена, когда мы предавали незнакомых людей и друг друга… да и мы – не те, что прежде. Любому темному ты сможешь доверить и свою жизнь, и жизнь своего ребенка – нас слишком мало, и мы бережем друг друга. И после родов оставишь дочь в братстве. Не спорь со мной.

Оставишь. Только темный сможет воспитать темного. И если не хочешь, чтобы твоя дочь выросла злобной и полной ненависти к миру, оставишь. Она вернется к тебе и станет твоей отрадой и опорой. Мы дорожим семьей, Таит. Многие из нас не знают, что это такое, и мы очень ею дорожим. Никто не позволит девочке забыть о тебе. Никто, – я устало посмотрела в испуганные синие глаза. – Не понимаешь?

Она отрицательно покачала головой. Я вздохнула и зябко повела плечами.