Уроки лирики. Анализ стихотворения

Первые очень яркие, и неповторимые, к ним неизменно приковано внимание, потому что они заставляют все время о себе говорить, вторые не особенно удобны, они обращаются к нашей совести, к нашей душе. Они говорят о катастрофических переменах, а нам о них не хочется знать:

Век шествует путем своим железным,

В сердцах корысть, и общая мечта.

После гибели Пушкина гармония, к которой все они стремились, сменилась страшной дисгармонией, ее певцом стал юный М. Ю. Лермонтов, а все они оказались чудаками, уже отжившими свой век.

Личная грусть у Баратынского обретает философскую окраску, и писал он медленно – 30 стихотворений за 10 лет, и поведал он нам о том, что человек одинок в мироздании, а в жизни нет смысла.

Ф. И. Тютчев, самый близкий к нему поэт, умел все-таки волновать людские души любовными откровениями, и интригами в высшем свете, чего стоят его отношения с Еленой Александровной Денисьевой, запечатленные в цикле стихотворений, и ее ранняя трагическая смерть.

Много земель я оставил за мною;

Вынес я много смятенной душою,

Напишет он после этого путешествия, и тайны, которые оставил он нам, манят и влекут к себе наши души, в ХХ веке его стихам настал свой черед.

Он оставит нам бессмертный образ единственной любимой женщины, которая сумела сделать его счастливым:

Есть что-то в ней, что красоты прекрасней,

Что говорит не с чувствами, с душой.

У них родилось девять детей, и он был заботливым отцом. И за несколько дней до смерти он написал ей о своих чувствах:

Ты смелая и кроткая со мною,

В тот дикий ад сошла рука с рукою.

Рай зрела в нем чудесная любовью.

О, сколько раз к тебе святой и нежной

Я приникал главой своей мятежной.

С тобой себе и небу веря вновь.

Какие-то странные критики прочили ему судьбу Сальери по отношению к Пушкину, но поэт подарил ему поэму «Полтава» и показывал «Моцарта и Сальери». Гении в то время умели дружить и ценить друг друга. У каждого из них свое особенное место в нашей литературе, он пытался удержать нас от демонизма, к которому поэзия невольно скатывалась, но дар Лермонтова был могуч, а судьба яркой и неповторимой.