Пряник с черной икрой

– Затем ребенок рисует, как он угощал дикое животное. Красиво оформляет работу и сдает, – договорила педагог.

Ирина подняла руку.

– Где найти кошку?

– На улице, – терпеливо пояснила Майя Михайловна. – И в супермаркете. Бесхозные повсюду гуляют.

– У нас аллергия на кошачью шерсть, – сообщила Агата, – мы лучше собаку сфоткаем.

– Нет, – не согласилась педагог, – акция «Покорми собачку» будет проводиться зимой. Неужели не ясно, что кот – не пес?

– Можно мы с нашей Муркой сфоткаемся? – еле слышно спросила худенькая мама.

Майя Михайловна закатила глаза.

– У нас милосердно-благотворительная акция для бесхозных животных. А ваша Муська имеет дом.

– Мурка, – поправила женщина.

– Работы надо сдать послезавтра, – проигнорировала ее замечание педагог.

– Послезавтра? – воскликнул хор голосов.

Учительница села.

– Времени полно.

– Я работаю, – заныла Ирина, – времени на эту муру нет.

– Вы называете наше мероприятие мурой? – возмутилась Майя Михайловна. – Эта акция – удивительное воспитательно-формирующее личность действие.

– Я еврей, – уточнил Илья.

– И что? – опешила училка. – Евреи же православные.

– Нет, – возразил Катаев. – Могу объяснить, что…

– Не надо! – остановила его педагог. – В стенах гимназии рады детям всех цветов кожи, любого материального достатка и социального положения родителей. У нас все равны. Церковь отделена от государства.

– Дети еще не освоили навыки письма, – опять перебил Майю Илья.

Учительница сделала глубокий вдох.

– Имеется в виду рисунок. И устный рассказ у доски. С хорошей лексикой. Без «э…» «э-э-э…» «бе…» и «ме…» Гладкая, оформленная речь.

– У нас нет компьютера, – подала голос тихая мама. – Мы, последователи церкви «Добрый Иисус с тобой», вообще против этого изобретения дьявола.

– Останьтесь после занятий, – отмахнулась учительница. – Следующий вопрос: чаепитие в субботу.

– Какой-то праздник подкатывает? – забеспокоилась Агата.

– День учителя! – осенило Ирину.

– Ну да, – скромно потупилась педагог. – Обычно в этот день дети поздравляют тех, кто вкладывает в их обучение душу и сердце. Мы отменяем четыре последних урока…

– У нас их в субботу всего два, – выкрикнул Илья. – И если занятий нет, то вообще лучше поспать.