Пряник с черной икрой

– Мы с ней никогда о ее бизнесе не беседовали. Она не рассказывала, я не интересовался. Но я знал, что мать не любит посещать кафе, рестораны. Пару раз мы с ней пересекались в каких-то трактирах, была необходимость кое о чем срочно поговорить, а ехать домой к матери мне тогда было не с руки. Так вот, знаете, она всегда выбирала столик в углу и садилась спиной к стене.

– Привычка агентов спецслужб и многих полицейских, – кивнул Макс, – береги тыл, чтобы не словить внезапно пулю.

Я поднялась.

– Вы тут пока пейте кофе, а я поговорю с Наташей.

Глава 6

Подъезд оказался заперт, за столом никого не было, я спустилась в подвал и позвонила в дверь.

– Ой, Евлампия Андреевна! – обрадовалась Ната, услышав мой голос, но не открыла створку. – Можете подождать пять минуточек? Я в халате.

– Сама не в бальном платье, – ответила я.

– Вам можно, – ответила Ильина. – Жильцы ходят как хотят, а я на работе.

Лифтерша уложилась в указанное время. Когда дверь наконец-то открылась, передо мной предстала хозяйка в джинсах и пуловере.

– Хотите компота из черноплодки? – спросила она, впуская меня в крохотный коридорчик. – Меня Лаптева угостила, дала трехлитровый баллон.

– С удовольствием, – кивнула я, усаживаясь на табуретку. – О! У вас новые занавески?

– С собачками, – засмеялась Ната. – Старые еще хорошие были, но я увидела эти и влюбилась. На них все породы нарисованы.

Наташа поставила передо мной чашку и сказала:

– Надежда Владимировна умерла.

– К несчастью, да, – кивнула я.

– Ужасно, – прошептала консьержка. – Утром здоровой уходила, вернулась на своих ногах, подарила мне коробку зефира и… нет человека. Очень страшно. Жуть как умереть боюсь.

Я сделала глоток компота.

– Вам еще рано думать о смерти.

– Господь может в любой момент забрать, – еле слышно возразила Ната, – я в ад попаду.

Я поставила чашку на стол.

– Что за чушь вам в голову пришла?

– Грехов много, заповеди не исполняю, – серьезно ответила Ната. – Батюшка мне постоянно внушение на исповеди делает.

– Не знала, что вы воцерковленный человек, – пробормотала я.

– Каждое воскресенье посещаю храм, – сказала Ната. – На раннюю службу бегаю, к семи утра, она в полдевятого уже заканчивается. Жильцы по выходным долго спят, вот никто и не замечает, что консьержки нет.