Море, поющее о вечности

– Вот как? Ты так думаешь, потому что его тело не обнаружили?

– Нет, просто мы решили изучить все следы. Одному точно удалось убежать. Отпечатки ведут левее от того места, где мы стоим. Судя по всему, хищник не стал преследовать беглеца, – ответил Кастор пилосскому царевичу, недоверчиво смотрящему на него.

– Уверен, что именно Одиссей остался в живых? – уточнил Ясон. Меланион кивнул, а затем поморщился:

– Да. Про троих из пяти мы знаем. А рука четвертого… К итакийцу я не особенно присматривался, но он не такой смуглый.

Ясон задумался. К Одиссею у него не было никаких теплых чувств – скорее уж напротив. Искать его, когда Аталанта могла отчаянно нуждаться в помощи? Царевичу из Иолка это казалось ужасающей тратой времени.

Что же делать? Разделяют ли его спутники эти чувства?

Он украдкой покосился на остальных. На лицах ребят застыло напряжение, словно каждый молча размышлял о том же.

Ясон почти решился: сейчас он предложит предоставить Одиссея самому себе и пойти искать Аталанту.

Мальчик набрал в грудь воздуха, преодолевая последние сомнения, и тут заговорил Полидевк:

– Наверное, вы все думаете, что Одиссея можно оставить, пусть как-нибудь выживает до прихода взрослых? Я угадал?

Все молчали, никто не смел даже переглянуться друг с другом. Видимо, эта мысль посетила каждого. Диоскур вздохнул:

– Так я и думал. Но если его убьют до того, как поспеет помощь, сможем ли мы потом спокойно жить дальше? Или будем чувствовать вину до конца дней?.

– Предлагаешь рискнуть нашими жизнями ради него? Помню, именно он насмехался над тобой тогда, на празднике, – уточнил Нестор, все еще не поднимая головы.

– Да, потому что так будет правильно, – просто ответил Полидевк. – Неважно, что за человек Одиссей, сейчас ему наверняка очень страшно. Лев может найти его в любой миг. Никто не заслуживает такой страшной смерти.

– Адмет ее тем более не заслуживал!

Хлипкие врата, сдерживающие натиск горя, рухнули.

– Он был гораздо лучшим человеком, но погиб! И сейчас под угрозой жизнь Аталанты, а вы здесь готовы тратить время на спасение заносчивого дурака? Если так, я снова предлагаю разделиться, потому что до Одиссея мне нет никакого дела!

Кастор хотел было что-то возразить, но Меланион мягко коснулся его запястья, призывая к сдержанности.