Любовница египетской мумии

– Хаскис, – ответил незнакомый баритон, – ва таб!

С головы сняли одеяло. Я увидела большую, по-восточному шикарно оборудованную спальню и мужчину лет тридцати пяти европейского типа со светлой кожей. Он не был пхасцем.

– Корунди манн лек, – нежно сказал он и отцепил чадру. – О! Вэй? Вэй?

Я сообразила, что незнакомец ошарашен до глубины души, и ткнула пальцем в пробку. Мужик выудил из кармана ключик, вытащил затычку и спросил:

– Харамо Бен?

Мне показалось, что я правильно поняла фразу, поэтому ответила на французском:

– Разрешите представиться, Даша.

Незнакомец отступил к широченной кровати.

– Вы парижанка?

– Да, – обрадовалась я, решив не упоминать, что приехала на Пхасо из Москвы: похоже, местные жители обожают французов, а я имею двойное гражданство.

– Себастьян, – на автомате представился он и заломил руки. – О боже!

– Где я? – накинулась я на Себастьяна. – Немедленно объяснитесь, или я пожалуюсь в полицию, консульство, представительство ООН, международный суд в Гааге…

– Тише, умоляю, тише, – зашептал Себастьян, – минуточку!

Он схватил с туалетного столика мобильный и еле слышно произнес в трубку:

– Элен, иди в спальню.

Я не успела чихнуть, как в комнату тенью проскользнула очень худая молодая женщина в длинном голубом платье.

– Что произошло? – испуганно осведомилась она.

Себастьян ткнул в меня пальцем:

– Вот.

– Дева Мария и все святые угодники, – ахнула Элен, – она старая! И страшная.

– Вообще-то я отлично вас понимаю! – разозлилась я. – Кстати, я вполне приятно выгляжу, просто слегка растрепалась и размазала губную помаду.

– О мой бог! – зажала рот Элен. – Себасти! Ты уверял, что Ари плохо говорит по-французски!

– Это не Ари, – прояснил ситуацию мужчина, – ее зовут Даша, она из Парижа.

– Святая Тереза! – подпрыгнула Элен.

– Объяснит кто-нибудь, что здесь происходит? – потребовала я.

– О, секундочку, – простонала Элен и схватила телефон, – Франки, топай в спальню Себастьяна.

Дверь опять приоткрылась, на сей раз в опочивальню вошел высокий плечистый блондин, сильно смахивающий на немца.

– Жених потерпел неудачу? – захихикал он. – Потребовался звонок другу?

Себастьян снова ткнул в меня пальцем.

– Смотри!

Глаза Франки полезли из орбит.