Дежавю

Черт возьми, да как она только живет с такими эмоциональными качелями? – Тимур… раз ты вернулся, может получится все исправить? Если рассказать ей, объяснить…

Я подошел к окну и потер лицо руками.

– Объяснения были нужны год и четыре месяца назад, – повторил я слова самой Миры. – У нее своя жизнь, Ева. И она в отношениях. Сказала, что ненавидит меня.

– Тим, девушки иногда говорят одно, а на самом деле думают совершенно иначе, – задумчиво произнесла Ева. – К тому же, ненависть очень сильное чувство. Вот если бы она сказала, что ей все равно, то я бы еще могла поверить, а так… Вполне возможно, что она выбрала тактику «лучшая защита – это нападение».

Я отвернулся от окна и взглянул на сестру, в словах которой был смысл. Либо мне просто хотелось его видеть – что угодно, лишь бы не признавать, что Мирослава и правда меня ненавидит.

Несомненно, что у нее были на то все причины. Проклятье, да я и сам себя ненавидел, но Мира… с ее стороны не могло быть ненависти, я отказывался в это верить. И хотя она произнесла эти слова, ее глаза и реакция тела сообщали мне этим утром совершенно другое.

Это было что угодно, но только не ненависть.

Она отвечала на поцелуй. Такая страстная и чувственная, Мира дрожала в моих руках и инстинктивно прижималась плотнее, сводя меня с ума своей близостью…Черт, не так я представлял себе ту встречу.

Я знал, что Мира любит бегать, она сама мне об этом однажды рассказала, как и про свои любимые места.

У меня не было цели выследить ее на пробежке, хотя в глубине души я все же надеялся на не самую случайную встречу.

А потом она сбежала. Через некоторое время я последовал за ней – мне нужно было догнать ее и нормально поговорить. И не так важно было рассказать ей, что случилось в прошлом. Нет. Мира должна была узнать, что подобное не повторится, что я ни за что не откажусь от нашего будущего.

Когда я нашел ее, к ней самоуверенной походкой приближался тот белобрысый хрен. Мира сперва растерялась, но уже через пару мгновений обнималась с ним. Тот вручил ей стаканчик с кофе, а мне оставалось лишь наблюдать со стороны, как Мира уходит с ним под руку дальше по набережной.

– Она в отношениях, – повторил я притихшей сестре. – И, похоже, счастлива с ним.

Ева нахмурилась.