Вербера. Ветер Перемен

Кажется, слишком изящный для горничной, но маркизе было не до этого, и мне тоже.

– Заходи, – тихо сказала она, и я скользнула внутрь.

– Прикажете прибраться? Что-нибудь приготовить? Постирать?

– Н-нет, ничего не надо, сейчас не надо, – просит маркиза. – Главное – не гаси пока что нигде свет, хорошо?

– Как прикажете, госпожа!

Я застыла посреди комнаты, изо всех сил пытаясь изобразить услужливость и живость. И маркиза решилась:

– Лиза… ты знаешь, что со мной было? – она снова начала плакать, едва окончив вопрос, а я на мгновение растерялась, не зная, как лучше ответить.

– Я знаю, госпожа, что вы только что пережили какое-то испытание.

– Испытание… да. Пережила, – вздыхает женщина.

Я не люблю людей. Противоестественно относиться с симпатией к тем, кто объявил тебя персоной нон грата на этом свете и открыл настоящую охоту, и я знаю, что эта страдающая дамочка, не моргнув глазом, пошла бы в других обстоятельствах смотреть на казнь метаморфа или того же лорда Рравеша, но почему-то мне всё больше хочется навестить того, кто с ней это сделал, и принести ей его сердце.

– Мне нужно поехать в Инквизицию. Ты… могла бы меня сопровождать, Лиза?

– Да, госпожа, – я снова изображаю реверанс, а женщина вздыхает с облегчением… и порывисто меня обнимает. Я невольно морщусь – кажется, я принесу ей дополнительные неприятности – если мне удастся каким-то чудом устроить побег, у Инквизиции будут к милой маркизе большие вопросы. С другой стороны… она обязана лорду Рравешу своим спасением, пусть теперь сделает что-то ради него.

Этой же фразой я себя успокаивала, накапав маркизе перед визитом в Инквизицию зелье, обостряющее чувства, вместо обещанного успокоительного. Чтобы был хоть какой-то шанс на успех моей самоубийственной затеи, мне нужна была очень нервная, способная упасть в обморок или впасть в истерику госпожа, и чтобы это было видно с первого же взгляда на неё. Во-первых, мне надо было чем-то оправдывать большое количество успокаивающе-усыпляющего зелья, которое я собиралась взять с собой.

Для поездки маркиза выбрала одно из тех платьев, которые Майя безжалостно бросила на пол. То ли в пику не пожелавшей разделить с ней тяготы служанке, то ли потому что оно было самое закрытое и мрачное. Также она, несмотря на то, что на улице было тепло, и солнце припекало совсем по-летнему, надела длинный плащ с капюшоном. Я радостно последовала её примеру.