Лаис Разящая

– Тогда что? – невольно улыбается, погладив бороду.

– Не сейчас. Потом.

Быть должным Ирислав не любил, тем более быть должным неизвестно что, так что, несмотря на испытываемую благодарность и пленяющее очарование незнакомки, обещать ничего не стал.

– Кто такая Златка? – полюбопытствовала тем временем его спасительница.

– Красавица, – отозвался Ирислав. – Купеческая дочка.

– И что с ней случилось? Она покончила с собой от позора?

Князь удивлённо уставился на Лаис – странное имя, как и она сама.

– Жива, здорова и даже вышла замуж.

– А в чём тогда была претензия малыша? – усмехается женщина. – Право первой ночи прошло мимо?

– Вероятно, – передёрнул плечами мужчина, и тут же поморщился от боли. – Думаю, это просто повод, за который он зацепился. Честно признаться, она не была девицей, когда пришла ко мне, так что право первой ночи прошло и мимо меня тоже.

На мгновение ему чудится лёгкое, почти невесомое, но насмешливое то ли осуждение, то ли удивление, словно упрёк в неразборчивости.

– Что там произошло? – спрашивает Ирислав, резче, чем хотел бы, но Лаис, кажется, ничуть не в обиде.

– Предполагаю, – мурлыкает она, как заправский сказочник, кот-баюн, – на вас снизошло безумие берсерка, и вы их всех побили. А я лишь отвезла ваше героическое тело сюда и отыскала целителя.

Князь фыркает и требует с повелительными нотками:

– Правду давай.

– Они все убиты вашим мечом, мой храбрый князь, – отзывается женщина.

Меч у него и в самом деле тяжёлый, но поднять его, конечно же, можно. Однако, видимо, его спасители – он всё так же уверен, что у неё два, а то и три сообщника – настроены держаться в тени.

– А универсальное противоядие я выпил до, после или в процессе снизошедшего безумия берсерка? – скептически заломив бровь, уточняет Ирислав.

Лаис некоторое время изучает его лицо, а затем совершенно серьёзно отвечает:

– Думаю, до. Возможно, именно оно и стало катализатором, высвободившим резервы вашего тела…

– И как я его получил? – подавшись вперёд, уточняет князь.

– А кто знает, что оно было у него? – усмехается она, поднимаясь. Хочет закончить разговор.

– Придумать версию для всех я и сам могу! – недовольно огрызается он. – Мне правда нужна.

– Правда в том, что они убиты вашим мечом, княже. Они мертвы, а вы – единственный живы.