Кошачья гордость, волчья честь

– Ход твоих мыслей мне нравится, но я вообще-то о другом.

– О чем же? – уточнила, не спеша вставать.

– Сюрприз. Тебе понравится, обещаю! – сказал он, протягивая ладонь. Еще немного посомневавшись для порядка, я уцепилась за его руку и тоже встала.

– Ну, раз обещаешь, – кивнула и обернулась к оставшейся у костра подруге. Правда, даже рта открыть не успела.

– Я поняла, я за старшую, – ухмыльнулась Белка, окинув нас задумчивым взглядом. – Будешь должна!

– Вот еще, – недовольно фыркнула в ответ.

Вихрь рассмеялась, а я позволила мужчине утянуть себя с поляны. Даже ладонь, которую волк машинально поглаживал большим пальцем, отнимать не стала.

Ночное зрение – полезная вещь, а в свете полной луны мы и вовсе чувствовали себя как днем. Начинать разговор Трай не спешил, а я хоть и терзалась любопытством, сюрприз решила не портить и вопросами его не донимала. И так понятно, что рыжий придумал нечто действительно интересное.

Шли скорым шагом несколько минут, так что от лагеря успели удалиться прилично. Местность здесь была дикая, скалистая – и не скажешь, что совсем рядом широкий наезженный тракт. В конце концов мы выбрались на относительно открытое пространство у подножия высокого холма и еще пару минут прыгали по камням, двигаясь вокруг него и забирая немного вверх. Я, окончательно заинтригованная, уже готова была прижать спутника к стенке и потребовать пояснений, когда мы вышли к озеру.

Я восхищенно присвистнула:

– Ого! Как ты нашел это место?

– Очень хотелось искупаться, – удовлетворенно усмехнулся Трай. – Ну что, составишь компанию?

– Кем надо быть, чтобы предложить честной кошке влезть в воду? – насмешливо поинтересовалась я, с интересом оглядываясь. Озерцо лежало в каменистой расщелине, со всех сторон его прикрывали скалы, что исключало как нежеланных свидетелей, так и вероятность случайного обнаружения его кем бы то ни было.

– Наверное, очень хитрым, умным, прозорливым и замечательным существом? – ехидно отозвался тот, снял свою косынку, следом – перевязь с мечом, жилетку из грубой кожи и свободную рубаху, после чего отвернулся, аккуратно складывая одежду.