Холодная, хрупкая, нежная

 – Пригляди за ней, ты уж небось освоился за время перелёта. А я пока подумаю, что нам с ушастыми делать. Ну и с ней заодно. А то такое чувство, что я, не приведи Предки, совсем нюх потерял. Не обеднеешь же, а, одну принцессу на довольствие взять?

– Переживу как-нибудь, – спокойно ответил Подпалый. В отличие от идеи женитьбы, такая перспектива явно не вызвала недовольства.

– Позаботься о ней. Чтоб всё чисто было, если вдруг придётся императору дочку возвращать.

– Само собой. Пойдёмте, луноликая.

– До свидания, твоё высочество, – бросил князь.

Я только едва кивнула и поднялась на негнущиеся ноги, так и не сумев выдавить сквозь стиснутые зубы ни единого слова.

Держать спину прямо, а лицо – спокойным. Всегда. Всё сказанное – пустые слова дикарей, которые ровным счётом никак меня не касаются, и стоило бы вовсе пропустить их мимо ушей. Что взять с животных?

Не должны касаться. Но как же мерзко, тошно и… обидно?

Глупо, но – да, и обидно тоже. Дочь императора, величайший дар, сокровище.

Великая Мать! Лучше бы мой корабль погиб при перелёте. Это было бы хотя бы не стыдно…

Я шла, держась за локоть оборотня и стараясь не касаться больше ничем, потому что было противно. Могла бы себе позволить – наверное, даже по-детски заплакала от этой глупой обиды, хотя умом понимала, что другого отношения от таких врагов ждать не стоит и хорошо ещё, они не пытаются сделать мне что-то плохое.

И вроде бы шла, глядя под ноги, но всё равно умудрилась запнуться почти на ровном месте. Закоченевшую ногу обдало болью, кажется, до бедра, я не удержалась от судорожного вздоха и едва не упала. Поспешно выпрямилась, сделала пару шагов, изо всех сил стараясь не хромать. Не получилось.

– Что случилось? – остановился Подпалый и добавил с иронией: – Я думал, эльфы грациозные.

– Всё в порядке, – выцедила я едва ли не сквозь зубы, с трудом фокусируя взгляд на мужчине.

Тот нахмурился – и вдруг опустился на корточки.

– Дай ногу.

– Прекратите немедленно! Что вы себе… – нахлынувшее возмущение даже немного притупило боль и холод.

– Злат, придержи, – скомандовал оборотень в сторону, и мои плечи крепко, но аккуратно сжали чужие ладони. А Миродар бесцеремонно задрал подол до колена и схватил меня за щиколотку.