Ночь империи

Сев ровно, Король богов протянул её брату.

– Что бы ни случилось, я все равно считаю тебя семьёй.

Цапнув свою вещь с чужой ладони, Айорг вернулся к прерванному занятию, но долго в спокойном состоянии не протянул. В этот раз в сторону полетела щепотка табака, которую только достал из мешочка.

– Нет, это смешно просто! Был я одним из вас, когда ты отдал приказ убить моих людей и перерубить мне ноги?!

– Ладно,– Василиск вздохнул, сдаваясь,– я понял, ближе к делу.– Упёршись рукой в колено, мужчина повернулся к брату лицом.

– Ой, смотрите,– язвительно улыбнулся Айорг,– Пантеон научился копаться в старых легендах?

– В гербовых книгах. Не пытайся отпираться хотя бы здесь – у неё были дети от Деймоса Гринда, и их потомок ходит у тебя в подчинении!

Будто успокоившийся, регент молча закончил набивать трубку, после чего осмотрелся в поисках ближайшего источника огня. Василиска будто не было рядом, и мысль о том, что его игнорируют, только прочнее закрепилась, когда Король богов остался один: валакх просто поднялся с места и ушёл в тот зал, где его ранее нашли.

– Давай мыслить логически,– посидев рядом с братом молча, Айорг развёл руками.– Единственный Владыка, который тебе выгоден – я.

Нервно хохотнув, Василиск положил ногу на ногу и чуть наклонился вперёд, чтобы взглянуть брату в глаза.

– Самоуверенное заявление.

– Нет,– Айорг, упёршись локтями в ступеньку позади себя, зажал мундштук трубки в зубах и выдохнул сизый дымок.– Это логичное заявление. Завтра ты поддержишь меня, а я первым указом позволю Первородным участвовать в правлении.

Первое время Василиск не знал, что сказать – просто молча смотрел на брата, который наблюдал за ним с мало объяснимой смешинкой во взгляде. Возникло ощущение, что это просто розыгрыш, и валакх ждёт момента, когда шутка, наконец, дойдёт до адресата, но ничего не происходило.

Покачав головой, Король богов попытался выдать хоть какой-то ответ, но отказался от этой идеи и со вздохом принялся тереть глаза основаниями ладоней.

Это не могло быть серьёзным предложением – Первородные веками вынуждены были находиться в стороне от правления. К этому привыкли все, это стало традицией, и каждый новый чиновник чтил это, как один из законов, прописанных в Тишуре.