Лед в языках пламени

 – начал, опустив голову.

– Ты его и не знал, парень. – Гвид похлопал меня по плечу. – Мы росли на одной земле, и я знаю, о чем говорю. Тулий был таким же безбашенным и вспыльчивым, но у него было строгое воспитание. гораздо строже, чем ваше. Его отец вбивал ему мысль быть первым несмотря ни на что и умирая, обвинил его в том, что он не добился того, чего от него ожидали.

– Но отец второй человек в поселении. – покачал головой, не понимая смысл истории.

– Вот именно, что для своей семьи он был всего лишь вторым, а значит разочарованием.

– Но дед же работал в шахте! – вспоминал рассказы отца. – И далеко не первым человеком.

– А кого это волнует, парень? В своих бедах и лишениях люди винят всех и свою слабость прикрывают яростью. Твой дед вбил себе в голову, что Тулий будет первым и делал все для этого. Увы, не вышло.

– А как же желание отца?

– Твои желания Тулию интересны?

Я поджал губы, понимая, что Гвид прав. Сжал кулаки и глубоко вздохнул, успокаиваясь.

– То-то же! Желания детей пыль в глазах для таких как твой дед, а от пыли отмахиваются, чтоб не мешала видеть якобы светлое будущее.

Таким стал и твой отец, парень. И с каждым годом его навязанная семьей ущербность мучает его. Помни об этом, парень. У тебя еще есть шанс все исправить. – Гвид снова похлопал меня по плечу и поднялся. – Что ж, Агний! Хорошо поговорили, но мне пора проверить, как мои подчиненные выполняют работу.

И Гвид оставил меня один на один со своими мыслями.

Остаток ночи пролетел незаметно, а я все думал о словах Гвида.

Даже глаз сомкнуть не мог, сидел в кресле и снова и снова создавал огонь на своей ладони.

– Уже тренируешься? – ко мне в палатку зашел Серафим.

– И не заканчивал. – вяло отозвался, не поворачивая головы.

– Эй, брат, ты чего? – Серафим посмотрел мне в глаза и вопросительно поднял брови. – Выглядишь не лучше умертвия. Ты вообще спал?

Я отрицательно покачал головой, а Серафим выпрямился и сложил руки на груди, ожидая подробностей.

– Поговорил с Гвидом.

 – выдохнул, растирая глаза.

– И что такого рассказал тебе старый черт?

Серафим недолюбливал Гвида и старался не попадаться ему на глаза. Причину размолвки я не знал, да и не интересно раньше было.

– А чем он тебе не угодил?

Серафим хмыкнул, но ответил, присаживаясь на кровать напротив:

– Слишком наблюдательный. Ты же знаешь, как я скрываюсь, чтобы потренироваться, а этот старик сует нос куда не надо. Вот по носу и получил.

Я расхохотался.