Врата чудовищ

Тарелку с едой поставили сбоку от Джо, парень сразу передал ее вместе с ложкой. Рагу без мяса оказалось пресным, водянистым и пованивало рыбой. Чонса глубоко вздохнула, но не станешь же сытой от одних запахов с кухни?

Когда служка обносил путешественников, Брок задержал его за локоть и задал вопрос, который малефике очень не понравился:

– Скажи-ка мне, малой, не проходили наши через Дарру на днях?

Чонса подняла взгляд от глиняной плошки. «Наши» – это значит неприятности. Ключники, как блудливые кошки, никогда не забывают дорогу назад.

Если они не возвращаются вместе, значит, что-то случилось.

– Ваши? – Он непонимающе округлил глаза и почесал себя за ухом. Служка был лохматым мальчишкой лет тринадцати. Наверняка, как это бывает, родня трактирщика за стойкой, может, даже сын или внук. Глаза у него были хитрющие, один косил. Нравились Чонсе его глаза. – Ой, да что-то не припоминаю.

– Ну, ступай тогда, – хмуро кивнул Брок. Джо уткнулся в свою миску, а Чонса выгнула брови, глянув на ключников с толикой того же непонимания, что и мальчишка.

– Он хочет, чтобы вы дали ему взятку, – пришлось со вздохом подсказать. От звука её скрипучего, будто простуженного голоса мальчонка вздрогнул, но закивал. Значит, еще непуганый, раз не сделал вид, что её нет. Или просто голодный до денег оказался. В любом случае, пару медяков он заработал и спрятал их в рукав с ловкостью карточного шулера.

– Ваши-не ваши, но жёлтеньким мельтешило недалече. Мамка жаловалась, что деньгу с нас сняли, а сами отмечать пошли, животы набивать.

Так что я не просто так денежку спросил.

– Взял налог за налоги, стало быть? – хмыкнула Чонса. Пацаненок все больше ей нравился. Он учуял одобрение в девичьем голосе, надулся от гордости, а следом заметил тёмные знаки на лице и тут же потупил взгляд, а вскоре и вовсе испарился. Напитки им приносил уже сам трактирщик.

– Но мы не заказывали, – заметил Джо, на что мужичок уронил на него тяжелый взгляд и хмыкнул.

Кажется, он боялся их больше, чем хотел это показать. Брок разлил по трем кружкам пенное темное пиво, горькое, как подгоревшая корочка хлеба и сладкое, как карамель. Чонса обняла кружку обеими руками и утопила в ней лицо.

– Не налакайся, Ищейка. Погода теплая, так что ночевать будем в седлах.

– Тем более тот мальчишка так чесался. Не хотел бы тут оставаться. – Джо отпил из своей кружки и поморщился от вкуса, повернув лицо к Броку.