Тринадцатый свиток. Том 2

Я, в каком-то длинном тоннеле, в руках факел, освещающий земляные стены, укреплённые деревянными балками. Иду вперёд, в бесконечность тоннеля, слышу за собой чьё-то дыхание и убыстряю шаг. Преследователь ближе, почти догоняет меня, я перехожу на бег, бегу изо всех сил. Думаю, должен же быть какой-то выход? Чьи-то руки хватают меня за плечо, пытаясь остановить, развернуть назад. Но тут из темноты появляется мужчина, незнакомый, очень благородного вида. Он говорит моему преследователю, лица которого я не вижу: – «Смотри, вот я и вернулся!».

За дверями всё так же раздавалась музыка и смех, чей-то пьяный голос созывал всех за стол: – «Господа! Товарищи! Господа! Все сюда! Родился замечательный тост!». Наверно я спала совсем не долго. Лёжа в темноте, я смотрела на узкую полоску серого неба, виднеющегося меж неплотно задёрнутых штор. Благородный мужчина из моего сна. Я хорошо запомнила его лицо. У меня было такое ощущение, что я знаю его, но как не силилась вспомнить – не могла.

В дверь постучали. Я лежала не отвечая. Пусть думают, что я сплю. Мало им своей компании, что ли? Но стучавший не унимался. Преодолевая раздражение, я подошла к двери. Как и ожидалось, за ней стоял Крысообразный. Он был изрядно пьян и покачивался. На заднем плане гости, разбившиеся на кучки, смеялись и чокались искрящимися рюмками. Официанты сменяли блюда. Принесли фрукты, сладости и большой торт.

– Выходите, звезда моя, сейчас будем разрезать торт! Я хочу побаловать вас сладким.

Так случилось, что, когда он говорил последнюю фразу, среди гостей вдруг наступила минута затишья, и голос моего соседа прозвучал очень ясно и чётко.

Кто-то сконфуженно засмеялся, какой-то гость стал стучать ножом по рюмке, требуя внимания. Все сделали вид, что ничего не заметили. Но в воздухе повисла угроза. Комиссарша сидела ко мне спиной, и я видела, как её шея порозовела.

– Уходите! – зашипела я на пьяного Крысообразного.

Но он, как будто не слышал. И поставив ногу в дверной проём, чтобы помешать мне закрыть её, улыбался и подмигивал. За его спиной выросли два гостя и начали тянуть его за стол. Крысообразный стал упираться и требовать, чтобы я пошла, лично разрезать его торт, так как я настоящий ангел и из моих рук любой кусок покажется божественным.

Казалось, это никогда не прекратится.