Тринадцатый свиток. Том 3

Тринадцатый свиток. Том 3

Данимира То

Тринадцатый свиток #3

Долгожданное окончание трилогии «Тринадцатый свиток»!

В будущем люди разделились на три лагеря – текров, накров и емков. Это разделение привело к катастрофе. Разделение людей всегда приводит к катастрофе. Главная героиня книги – маленькая девочка Туся, которой придется задействовать все свои знания и силы, чтобы найти друзей и союзников. Вместе они попытаются спасти оказавшийся на краю бездны мир, открыв ему новую дорогу. Но для этого четверке из будущего понадобится помощь своих предыдущих воплощений, живущих в России, в самом начале XXI века.

Данимира То

Тринадцатый свиток. Том 3

Часть первая

Я думаю, что, когда человек умирает,

Его душа снова возвращается на землю,

В наряде новой плоти.

Другая мать даёт ему рожденье,

И с более крепкими членами и более цепким умом

Старая душа снова пускается в путь.

    Джон Мейсфилд

Глава I

– Бабушка, расскажи мне ещё про давние времена! – попросила Туся, подкорректировав силовые волны, поддерживающие её тело в комфортном для сна положении, и протянула сеть и для бабушки.

Честно говоря, это звание «бабушка», пришедшее из глубины веков и измерений, никак не подходило для той молодой и цветущей женщины, которая с удовольствием улеглась рядом и стала, как те древние бабушки, рассказывать сказку, поглаживая спинку внучки.

– Значит так, давным-давно жила-была маленькая девочка, ну совсем, как ты, Туся.

– Тысячу лет назад? – спросила та, широко открыв блестящие, как пуговицы глаза.

– Да, или тысячу тринадцать, я ещё не считала, как следует.

– Бабушка, ну сделай мне «визи»! А то я так не люблю…

– И где ты уже нахваталась сленга! Приучайся говорить, как следует, по-научному, «визуализацию».

– А зачем? Меня друзья и так понимают, – удивилась Туся.

– Ладно, – бабушка, которая была по своему роду профессии мастером визуализации, протянув руку и привычно поводив ею над появившейся под рукой пластинкой, улеглась, и стены вокруг стали менять свои очертания.

– Сделаю! – пообещала та и стала теребить руку рассказчицы, – а как её звали?

– Имя тебе ничего не скажет, детка, а вот мы с тобой её назовём – «Миловидной».