Дети Луны

Так Витя, сам того не ведая, спас своей однокласснице жизнь, но маньяка надо было ловить, причем срочно, ведь впереди было двадцать восьмое ноября – день, когда три года подряд появлялась очередная жертва. Саша была слишком напугана – по ее словам составить фоторобот было невозможно. Оставалась надежда на Витю, но ведь Витя спал и, само собой, ничего не помнил.

Вот здесь-то я и понадобился в качестве психотерапевта. Витя видел маньяка, пусть и во сне, но я убежден: забывание не бывает полным. А раз так, надо вытащить из глубин подсознания увиденное.

Это и предстояло мне сделать, и признаюсь, делать мне это очень не хотелось: я боялся, что это воспоминание станет для мальчика травмирующим. Но выхода нет: допустить еще одну смерть ни в коем случае нельзя.

Я стал работать с Витей и постепенно вытаскивать из его подсознания черты убийцы. И столкнулся с интереснейшим феноменом: мальчик очень четко описывал детали внешности преступника (под гипнозом, разумеется), но в его памяти все виденное сохранилось не как кошмар, а как мультипликационная картинка.

С этим я встретился впервые и думаю, что таким образом мозг мальчика защитил себя, убрав ощущение ужаса.

Фоторобот составили и маньяка успели поймать, а мне пришлось еще какое-то время работать и с Сашей Подметновой, и с Витей Горовым, чтобы никогда в будущем произошедшее не вернулось к ним каким-нибудь непредвиденным образом.

Рекордсмен

Дети, точнее, подростки часто бывают лунатиками, и ничего в это нет страшного или необычного.

Я в студенческие годы часто летом работал в пионерских лагерях в качестве детского психолога, и мне приходилось видеть там удивительнейшие вещи.

Зная, что детский сомнамбулизм – далеко не редкость, я взял за правило один раз за ночь обходить лагерь сам, а еще два раза убедил это делать дежурных воспитателей – мы же отвечаем за детей, а в состоянии сомнамбулизма ребенок может учудить все, что угодно, и нередко это бывает опасно как для него, так и для окружающих.

В один прекрасный августовский день, когда весь лагерь, кроме самых маленьких, был на соревнованиях по легкой атлетике (наш физрук Геннадий Алексеевич обожал именно этот вид спорта и устраивал соревнования чуть ни каждый день), а малыши со своими воспитателями отправились по ягоды, я шел на озеро, наслаждаясь тишиной и одиночеством – редкая радость в пионерском лагере.

Но недолго я наслаждался: кто-то у самого забора в кустах давился рыданиями, и я, естественно, остановился.