3-я книга. Змей, охраняющий Шамбалу

Никто и никогда не сможет добиться просветления, пока не обретет именно эти признаки до практики внутреннего сосредоточения.

То есть, например, если вы приступите к медитации сидя как в восточных практиках йоги или, например, стоя, как в христианстве, столпниками, то вы просто уснете или какие-либо иные причины вернут вас в материальный мир.

Я описываю свой случай с позиции просветления в виде медитации на ходу.

При этом я никакой Америки не открываю в этом направлении, поскольку медитация на ходу известна с давних времен.

Мой опыт, возможно, является аналогом какой-либо иной практики, и по моим достижениям, возможно, кто-либо увидит признаки какого-либо учения, которое дает аналогичный результат.

Например, иддхи в том, что наступает полное отсутствие потребности в сне, соответствует моему опыту как аналог. Только при этом в моем случае этот эффект был у меня в медитации на ходу.

Также при этом я еще раз обращаю особое внимание на депрессию и ангедонию, предшествующие в моем личном опыте на конечный результат.

Однако вместе с тем, если вы обладаете знаниями в том, как достигнуть иддхи – отсутствие потребности в сне, и при этом ваши знания отличаются от моего опыта, то вы можете проанализировать свои знания с момента наступления иддхи – полное отсутствие потребности в сне с моим опытом, который я описываю.

Итак, в тот день, когда я зашел в квартиру и сам себе дал обещание не выходить из квартиры, а жена собрала вещи и ребенка и ушла к своей матери, я и приступил к медитации. Этот день я назову стартовым днем для удобства в понимании.

До этого стартового дня я никогда не увлекался вегетарианством. То есть я ел любое мясо, в том числе и свинину, ел мясо птицы и рыбу, но при этом я никогда не ходил на охоту и не забивал зверей ради мяса. На рыбалку я ходил в детстве и рыбу ловил.

Это я описываю для того, чтобы указать на тот факт, что вегетарианство не является причиной концентрации внимания или методом достижения просветления в моем случае.

Также повторюсь и в том, что до стартового дня на меня никто не влиял ни в религиозном смысле, ни в плане какого-либо учения.

То есть все, с чем я столкнулся со стартового дня до дня просветления, я воспринял больше с объективной позиции чем с субъективной.