Под сенью звезд

В общем, они там в огромном котле варят свою очень грязную кашу и готовы порвать любого чужака, который приблизится к тому костру. А следовательно, Колумбия идеально подходит для наших целей.

– Отлично, – вмешался Петр, – мы не против Колумбии.

– Я балдею от Колумбии! – улыбнулся Эрншоу.

– Хорошо, – кивнул Мак Брайд, – мы рассматривали два варианта. Первый: попытаться по-тихому, угрозами, шантажом, подкупом, не важно, это чисто технические детали, подчинить себе нескольких мелких донов. Затем постепенно вывести их из игры, аккумулировав их возможности и связи в одних руках, например, самого толкового и сговорчивого из них.

Эрншоу задумчиво кивал, Строганов спокойно смотрел на Мак Брайда, удобно развалившись в кресле.

– У нас есть данные на всех донов? – спросил Петр.

– Да.

– У тебя есть конкретные кандидатуры?

– Страницы пять, шесть и семь, в ваших папках, – кивнул Джеффри.

Двое снова на несколько минут уткнулись в папки. Затем Эрншоу положил свою на стол и начал тыкать пальцем в фотографии:

– Этот, этот, вот он, он и, думаю он. Готов спорить ты со своими чудо-аналитиками выбрал именно их.

Мак Брайд прекрасно знал, что Петр Строганов, как и его отец, обладал феноменальным талантом подбирать людей, поэтому нисколько не удивился стопроцентному попаданию первого помощника Петра.

– Ты, как всегда, прав, Уилл!

– А то, – Эрншоу, довольный откинулся на спинку своего кресла.

– Где у нас слабые места? – спросил Петр.

– Схема очень сложная. Если вербовать мелких донов по очереди, мы теряем время и утрачиваем преимущество. Если вербовать одновременно, придется задействовать слишком много людей. Сохранить секретность будет очень проблематично. И в том, и в другом случае мы рискуем напороться на организованное сопротивление со стороны главных, больших донов. И боюсь, что в открытом столкновении, даже с нашими возможностями мы не сможем победить.

– Понятно, – проговорил Петр, – Давай второй вариант!

– Второй вариант проще и эффектней. Но, на мой взгляд, совершенно неосуществим. Откройте папки на восьмой странице.

На восьмой странице, в отличие от предыдущих, была всего одна фотография.

– Игнасио Монтаньо, – прочитал Эрншоу.