Черное и Белое

– А татуировки зачем? Священники вроде таких не носят.

– А я и не священник. Я прокаженный. Я же сказал, что священники только со мной ходят. Но сам таковым я не являюсь.

– Прокаженный. Это ещё что?

– Что- то очень напоминающее демонические силы. Ну, знаете там, полно грехов, не любим свет, татуировки опять же и в целом склонность ко всему пагубному. Да, и от всего освященного сплошные проблемы.

– И потому работаешь в церкви? – осклабился усатый.

– В одном из структурных подразделений.

– Так как ты там живешь? Если к пагубному тянешься?

– А живу я на месте старого кладбища, как оказалось, это снимает все пагубные церковные воздействия.

И, понятное дело, молиться я не хожу. А то того и гляди помру.

– Значит, священники взяли демона на поруки, против своих воевать?

– В точку, – улыбнулся Артур. – Только я не демон.

– А женщина?

– Какая?

– Вчера, возле которой тебя взяли.

– Ах эта. Она была одержима. Что-то вроде нечистой силы. Я хотел изгнать, но увы.

Не вышло. Она была беременна, вот и не смог поймать источник. Когда два разума – это очень сложно: ты просто не можешь определить, откуда тащить, а тем временем силы тают.

– И потому ты её пристрелил, да?

– Нет. Я ни в кого не стрелял.

– А кто стрелял? – следователь приторно улыбнулся и выпустил облако дыма в открытое окно: – Ты был не один?

– В этом уже вам разбираться, гражданин начальник, с кем я был.

– Говорок у тебя больно знаковый, для демона.

– Так в России родился, с детства приучили.

У нас ведь проще поверить во что угодно, кроме высших сил. Так что с вашим братом познакомиться довелось немало.

– То-то и оно. Ладно, товарищ Смирнов, я вижу, разговор у нас немного не клеится, а стало быть, надо вам ещё немного отдохнуть. Как на это смотрите?

– Пачку дадите?

Следователь задумчиво посмотрел на Артура, затем на полупустую пачку сигарет.

– Я верну. Обещаю. Просто после изгнания, если не алкоголь, то курево – иначе хоть вешайся, – молящим голосом сказал Артур.

 – Я все верну.

– Ладно, бог с тобой, бери. Должен же ты хоть чему-то радоваться, – следователь протянул ему пачку сигарет и потянулся к телефонной трубке: – Петров, заберите обратно в камеру. Человеку надо подумать.

Артур бережно запихнул вожделенный подарок в карман. Теперь можно было потерпеть и побои, которыми, судя по всему, его будут развлекать все оставшееся время. Потом он подождал, пока следователь положит трубку.