Черное и Белое

Ипполит был с вызова, уставший, к тому же, признаюсь, возможно, эти люди действительно моя вина. Слишком уж сильной одержимая оказалась. Попросту себя не контролировал.

– Повнимательней надо, – наставительно произнёс епископ.

– Каюсь. Моя вина.

– Но, – Иван обернулся и посмотрел на него, как на предателя, – Ипполит все равно был не прав. Он использовал молитву уже после того, как разбежались хулиганы.

– Да кто его знает, сколько их там было, – Артур мягко коснулся плеча Ивана – вроде не жгло. – Я порой и сам не понимаю, где кончается моя сила.

– Да вижу, – старик хмыкнул, – вижу. Как вы спелись.

– Но, Ваше преосвященство, – запротестовал было Иван.

– Хватит. Я и так вас долго слушал. Никакого расследования не будет. И точка. А ты бы, Артур, сходил к врачу. Вид у тебя нездоровый.

– Вообще я хотел ещё пару тату набить. Да старые обновить, – Артур поднял руки, – место ещё есть.

– Только поприличней. По поводу твоих крестов меня до сих пор третируют.

– Все в рамках разумного, разумеется, – согласился Артур.

– Вот вам и дело, отец Иван. Вы у нас человек новый. Со всеми нюансами работы знакомы не полностью. Уверен, сопровождение прокаженного до столь необходимого ему места пройдет для вашего привыкания и обучения с пользой.

– Только можно чуть позже? Солнце в зените. Я прям сердцем чую, – мягко попросил Иван, – и без машины никак.

– Хорошо.

– Пойдем, Иван. Уверен, твоя просьба не останется невыполненной, – Артур поднялся – все же, если принюхаться, от епископа реально несло вином.

– По возвращению зайдите все же к врачу.

– Конечно, – сказал Артур и, наклонившись к уху Ивана прошипел: – пойдем.

После того, как они оказались в саду, в тени нависших лип, Артур немного расслабился. До того, как он получит машину, оставался ещё час, а сидеть трезвым в келье он не любил. А тут и природа, и тенек, и водичка, и даже солнце, в приятных, ограниченных количествах.

– Как же хорошо. Почти блаженство.

– Ты был не прав, помешав мне задать мои вопросы, – сухо ответил Иван, сидя в своей строгой темной тунике.

– Разве? – Артур закрыл глаза. – А что бы ты сделал?

– То, что должен. Такое поведение не подобает священнику.

– Обычному священнику, Иван. Обычному.

– Я тоже истинный. Но я не веду себя так.