Русское воскрешение Мэрилин Монро. На 2 языках

The old man was still chewing a grape with his toothless mouth, and Fomin cleared his throat.

– Александр Иванович, он прилетает через два дня, – сказал негромко Фомин и выпрямился.

Старик перестал жевать и вскинул глаза.

– И что вы теперь от меня хотите? – старик действительно устал, он с трудом говорил.

– Все то же самое, Александр Иванович. – Все то же самое.

– Он взрослый человек, а я дряхлый умирающий старик.

– Он послушает вас. Он не может не посчитаться с вашим… требованием.

– Требованием? Я не требовал у него ничего и ни разу за все пятьдесят его лет.

– Тогда все его пятьдесят лет, а заодно и ваши двадцать пять, полетят коту под хвост. Вы тогда напрасно страдали. Вы напрасно жили! А вы подумали о миллионах, миллиардах трудящихся всего мира? Вы не исполните тогда предсмертного поручения, которое вам дал наш последний и настоящий Генеральный секретарь компартии Советского Союза. Вы обманите чаяния всех коммунистов мира! Вам история этого никогда не простит. Все станет известно очень скоро, и вы покроете себя позором еще при жизни!

“Alexander Ivanovich, he arrives in two days,” said Fomin and straightened his back.

The old man ceased chewing and looked up. “So what do you want of me?” He looked really tired, breathing heavily.

“Same thing, Dr. Sedov. Nothing new.”

“He is a mature adult, and I’m a feeble dying man.”

“He will listen to you and do whatever you ask, and you perfectly know that. He wouldn’t decline your demand.”

“Demand? I’ve never demanded anything of him in fifty years.

“If it’s so, I’m afraid, you wasted these fifty years of his, and twenty five of yours. You lived in vain! You suffered in vain! Why don’t you think of millions, billions of working people around the world? Shame! Thus you will break the promise you had given to the late Secretary General of the Communist Party of the Soviet Union. You will betray the hopes of all the Communists of the world! The history will never forgive it to you.

– Хорошо, я поговорю с ним, – сказал старик и устало закрыл глаза. – А теперь оставьте меня…

– Самое последнее…, извините. Может быть, вы все-таки согласитесь переехать из этой нищей богадельни к нам, в коттедж? А то перед людьми как-то неудобно.

– Ни в коем случае!

Женщин Фомин встретил в коридоре, и сказал им только:

– Папа очень устал. Не надо с ним прощаться, поедем.