Бар Чеширски. Первое дело

– Тебя что-то беспокоит, малышка?

– Немного, – сонно улыбнулась она.

– И?

– Бар, у нас все слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Эй, эй, эй, ты чего. Малышка, – он взял её мордочку в лапы. – Ты чего, все будет хорошо.

– Да, наверно, – она тихо вздохнула. – Просто я так часто обжигалась о мечты.

– А я нет. Пока ты не появилась, я просто существовал.

– Везет. Я же мечтала о принце.

– Невероятно! О принце? Вот ты чудная, их же не существует.

– Это ты чудной, принцу не обязательно иметь шпагу и королевство, ему нужно лишь уметь любить.

– Кажется, кофе готов, – тихо заметил Чеширски, втянув нежный аромат.

– Да, я тоже чувствую, – она повернулась к кофемашине и аккуратно стала наливать в чашку, немного разбавляя черный напиток молоком.

– Знаешь, наверное, если я у кого-нибудь попробую кофе лучше, чем у тебя, то без раздумий женюсь на этом звере.

– Какой ты отчаянный, – заметила Жанни, подавая ему кружку.

– Я просто знаю, что это невозможно.

Он не спеша допил кофе и поцеловал её.

– Мне пора.

– Да, я знаю.

– Но я обязательно вернусь.

– И это я знаю, – улыбнулась она, глядя на него.

Бар снова поцеловал её и пошёл к двери, попутно рассматривая старые обшарпанные стены. Нищета… Она всегда сопровождала его. Всю его жизнь. Он закрыл двери и почувствовал, как сжалось его сердце. Он снова вспомнил мать.

– Ничего, мама, вот увидишь, я буду хорошим отцом, – выдохнул он и пошел в участок.

Глава девятая

Вооружен и опасен

Когда старый скучающий дикобраз лениво подал ему револьвер, Бар внимательно осмотрел его. Короткий, черный, в лапе лежал увесисто, другое дело – не новый, но зато весьма и весьма ухоженный, только вот погрызенный немного.

– Им пользовались? – спросил Бар, задумчиво осматривая рукоятку.

– А что, не видно?

– Я полагал, мне выдадут новое оружие.

– Новое оружие заслужить надо, – улыбнулся Дикобраз.

– Какой-то вы колючий, – не выходя из своей задумчивости, отметил Чеширски.

Морда дикобраза из снисходительной сразу же превратилась в закипающую. Сверкнув маленькими черными глазками, он что-то сердито пробубнил себе под нос, но в открытую портить отношения не стал.

Чеширски убрал револьвер. Тяжелый, он был приятным дополнением к его костюму, также отлично подходившему к его статной фигуре. Он поднялся в кабинет Хайнлайна, пора было уже приниматься за дело.