Вся надежда – на Сталина! Уроки вождя

Сталина еще обвиняют в репрессировании членов так называемой «русской партии» (Вознесенского, Кузнецова, и др.), которые выступали за предоставление РСФСР равных прав с другими союзными республиками.

Но их ошибка (и трагедия) состояла в том, что они не поняли главного принципа в управлении советским государством, который Сталин, хотя и не провозглашал публично, но считал для себя основным: что нет России, отдельной от СССР, что весь СССР – это и есть Советская Россия, и что любые в ней национальные республики или области – всего лишь составные части единого общего для нас всех государства.

А возвращение ленинско-троцкистской «союзности» у нас произошло после Сталина, усилиями Горбачева и Ельцина, и мы видим, к чему это привело.

Сталин бы этого никогда не допустил, он вообще был сторонником построения нашего государства по американскому образцу – со штатами (провинциями), в которых бы не было «титульных наций», и в которых любой бы гражданин страны мог с гордостью заявить «Это – моя страна!»

Сталин вообще очень интересовался Америкой – этому есть немало свидетельств, и есть все основания полагать, что если бы Рузвельт прожил дольше, то развитие отношений между нашими странами пошло бы по другому пути.

И Сталина, конечно, совсем не порадовало бы то, что происходит сейчас в этой великой стране.

И не следует забывать еще одной очень важной вещи. Конечно, отношения между СССР и США сильно охладились после Рузвельта, вплоть до вооруженного противостояния в Корейской войне, но их никак нельзя сравнить с тем, что происходило позже, после Сталина и после президентства Эйзенхауэра.

В том раннем сталинском периоде вооруженными силами обеих стран руководили военно-начальники, бывшие союзниками в прошедшей войне, и они вполне понимали опасность нашим странам и всему миру от ухудшения отношений между СССР и США.

Не случайно в США сразу после войны был удален от власти и лишен всяких возможностей участия в президентской кампании генерал Маккартур – блистательный полководец, который заслужил все свои лавры в «автономной» войне на Тихом океане, а не – в Европе.