Тайна Волчьего Утёса. Илина Дебьену

– Может, в другой раз? – поморщившись, спросила Илина, ведь идти к Виеру, особенно сразу по возвращении в деревню, ей очень не хотелось.

– Денег больше, чем положено, не бери.

– Хорошо, не буду.

Бабушка сидела за столом напротив Илины и задумчиво теребила подол своего расшитого фартука, как будто хотела ещё что-то сказать, но мялась и не знала, какие слова для этого выбрать.

– Помнишь домнула Попеску? – сказала она, наконец.

– Старик, который был у нас проездом той зимой? Он, кажется, какую-то мастерскую в городе держит, – вяло начала припоминать Илина.

 – Такой высокий, с брюшком и проплешиной? Помню.

– Да, ещё у него четыре лошади и коров небольшое стадо, – сказала бабушка. – Состоятельный человек, если не сказать зажиточный.

– И что же он? – без интереса спросила Илина.

– На днях проезжал проезжал, заглянул вчера к нам. Хочет свататься за нашу маленькую Тали. Верно я сказала, он на неё в тот раз глаз положил, – сказала старушка. – Сказал, если согласие дадим, свадьбу к ноябрю справит и заберет её к себе в Варьясу-Мара.

Что думаешь?

– Но он же её в три раза старше, если не больше… – с расширившимися глазами проговорила Илина и тяжело сглотнула.

– Тут дело не в возрасте, – ответила бабушка. – Повзрослеешь поймешь. В браке не всегда главное красота и молодость. Иногда и другое важно. Талэйта за домнулом Попеску будет сытая, обутая, при деньгах и с крышей над головой.

– Бабушка, но она же не стельная корова, чтобы её за толстый кошелёк на тёплый двор отдавать?.

. – ошарашено воскликнула Илина. – Когда надо ему ответ дать?

– На той неделе обратно проезжать будет.

– Если вы спрашиваете у меня, что я думаю, то я свою сестру продавать толстому старику не захочу ни за какие деньги, – отрезала Илина.

– Но это в конце концов не нам решать, – сказала старушка раздраженно.

– Я поговорю с Талэйтой, – сказала Илина, вставая из-за стола.

– Погоди, сядь, – сказала бабушка, указав взглядом на скамью.

 – Я больше о другом тревожусь. Каждый знает, что в семье счастья не будет, если выдать младшую дочь вперед старшей. Талэйта смышленая, быстро смекнет что к чему и противиться добру не будет. А ты что? Присмотрела кого?

– Нет.

– Так и до самой смерти в девках можно остаться.

– Стало быть, останусь, – сверкнула глазами Илина и вновь поднялась из-за стола. – Где чулки? Пойду к доамне Богне, пока совсем не стемнело.

– В летней избе на столе лежат.