Гидротранспордер

Червь, насвистывая мелодию песенки герцога из оперы «Риголетто», вернулся к мутному пруду, из которого сам вынырнул минут десять назад. Щелкнул языком, размял шею и нарочито произнес: «Нет мне покоя!».

Эдвард, смотрел на него через толщу воды и ждал приглашения. Червь выжидал. Ему нравилось наблюдать мучения задыхающихся тел. Затем погрузил руку в холодную воду и вытянул коренастого шатена с короткой нынче модной бородкой.

– Прикройся, – кинул ему Червь халат. – Какими судьбами, Эдвард?

–Два часа пытаюсь до тебя достучаться.

Аниматор взбесился. Разнёс чёртов павильон и ночью подал заявление об увольнении.

– Заявление? – пристально посмотрел на него Червь и чуть было не вызвал Алину. – Ты стучал не в те двери, дорого?й. Я всё время был рядом. Вина?? Серьёзные дела вершатся в центре мира под виноградной лозой.

Червь оглянулся и жестом подозвав к себе служанку. Девушки, стоявшие в тени деревьев, напоминали древнегреческие статуи: короткие накидки и кожа слоновой кости или нежный шоколад, прикрытый тенью замершей листвы.

Они были неподвижны и оживали велением господина. Одна из них скинула оцепенение и плавно, не косясь ногами травы, приблизилась к Червю.

– Что вам угодно, господин? – покорно склонила она голову.

Червь плотоядно облизнулся, обнял нимфу за талию и что-то зашептал ей на ушко. Отпустив служанку, он повернулся к Эдварду.

– Ты видел девушку? – продолжил Червь.

– Девушку? – пытался сообразить Эдвард.

Он смотрел на служанок. Эдвард, загипнотизированный красотой линий и движений, потерял связь с действительностью.

Вздрогнул, боль перехода, мучала и его, очнулся и закутался в шелк. Несмотря на яркое солнце, сад сквозил холодом подземелья.

– Ту, что навестила Анимтора, – усмехнулся Червь. – Пойдем к столу, там теплее.

– Думаешь, она катализатор?

Эдвард последовал за Червем, сел на топчан, покрытый мягким ковром, и расслабился. В центре сада действительно было теплее, даже жарко, но раскидистое дерево дарило необходимую прохладу.

– Весна? – потянул Эдвард носом.

– Весна. Это мой мир, Эдвард, мои законы. Прелести заточения между мирами.

Появилась нагая девушка с широким подносом, поставила на стол три бутыли и удалилась.

– Жажда, – взял Червь одну из них и жадно выпил, – С каждым днем мне требуется больше доноров. Сегодня еле добрался до клуба. От исхода Водораздела зависит не только судьба твоего мира, но и моя жизнь, жизни изнараильцев.

– Сегодня ночное совещание Лиги.