Предварительный диагноз: Перерождение

Хотелось верить, что Семён верно расценит мою заминку и проверит обстановку первым. Девушка сняла босоножки, огляделась.

– Пап! Я дома!

Я видел уходящий вперёд коридор, который заканчивался двумя комнатами по обеим сторонам. Справа от входа виднелась ещё одна.

– Па-ап! – ещё раз позвала Кристина, положила ключи на тумбочку и обернулась ко мне. – Странно, он вроде бы никуда не собирался сегодня. И свет горит. Да ты проходи пока.

Она сделала приглашающий жест, а сама направилась по коридору в сторону комнат.

Дойдя до конца, посмотрела налево, затем направо и вдруг с криком исчезла в дверном проёме.

– Папа! Господи!

Чертыхнувшись про себя, решил всё-таки зайти. Даже если это спектакль, надеюсь, брат меня прикроет. Сделал несколько быстрых шагов, зашёл в комнату и увидел Кристину возле распростёртого на полу тела Константина Анатольевича.

Глава 3

– Давление шалит! Что ты хочешь в мои годы!

– Пап, да тебе и шестидесяти нет ещё! Какое давление!?

– Обычное… артериальное! Полнолуние скоро, вот и бесоёбит организм! Всё хорошо, не переживай.

Я железный, что мне будет.

Мы слушали эту перепалку, сидя на чистой и опрятной кухне. Я попросил Семёна не ходить к ним. Негоже подглядывать за чужими ссорами. Брат достал планшет, предложил сыграть пока в крестики-нолики.

– Да какое, к чёрту, давление! – продолжала бушевать девушка. – Я тебя на полу нашла! Без сознания!

– То самое, которые ты мне сейчас поднимаешь! – не уступал Константин. – Сходи лучше в магазин, к чаю купи чего-нибудь для гостей.

Девушка стремительно вышла в коридор, остановившись у входной двери. Она посмотрела на меня и развела руками.

– Нет, ну вы слышали? К чаю!

– И в аптеку загляни, – сказал появившийся вслед за ней Константин, заправляя клетчатую синюю рубашку в спортивные штаны. – Тонометр посмотри новый. Мой что-то барахлить начал. Давай, давай, иди. Я пока поздороваюсь пойду нормально.

Кристина сокрушённо покачала головой. Надела босоножки и вышла. Мужчина закрыл за ней дверь, усмехнулся, покачав головой.

Дойдя до кухни, он протянул руку, здороваясь. Я встал, ответил на рукопожатие. Ладонь была сухая и на удивление сильная. Такое редко можно ожидать от книжного червя, которым показался мне Константин.

– Прошу простить за… – он махнул в сторону уже знакомым жестом, – это вот всё. Сам не ожидал.

– Вам действительно уже лучше? – ответил я. – Может, мы в другой раз зайдём?

– Мы? – бодро улыбнулся Константин.