Вигнолийский замок

– Клетчатый! – мои губы произнесли это сами собой.

На рисунке было изображено нечто вроде черно-белой мозаики, за которой смутно угадывались очертания то ли облака, то ли раненого кита, то ли разбитой японской вазы.

– Что это, миледи? – слабым голосом спросил Никер. – Это вы нарисовали?

– Да. Портрет господина барона. Вам не понравилось? Я вижу, что не понравилось. Мои рисунки нравятся только моему маленькому братику. Ему три года. Но я считаю, что портрет господина барона очень удачен. Видите этот изгиб подбородка? Он выдает волевой и неуступчивый характер господина барона.

Палец Эмилии показывал на какую-то изломанную черную линию.

– Подбородок, да? – с сомнением сказал я. – А это что за метеорит?

Палец девушки сместился чуть левее.

– Ваш глаз, господин барон. Он прожигает насквозь. Я когда увидела ваш взгляд впервые, то чуть не задохнулась от волнения. Но тут я изобразила лишь один глаз, потому что боялась, что второй не получится столь же хорошо. Я ведь только учусь рисовать.

Никер сорвал с себя берет и вонзил пальцы в шевелюру.

– А ваш будущий муж знает о ваших… гм… увлечениях? – выдавил из себя поэт.

– Нет еще, я не успела ему рассказать.

– Слава Многоединому! – искренне воскликнул Никер и воздел руки кверху.

– Почему вы так говорите? – встревожилась Эмилия. – Что вы имеете в виду?

Никер молчал и лишь смотрел на рисунок.

– Я, пожалуй, объясню, – я отложил свиток в сторону. – Никер просто переживает за исход нашего дела.

Дело в том, Эмилия, что я собираюсь обменять вас на ящик гвоздей. Если барон узнает, как вы рисуете, то думаю, что ваша цена упадет до половины ящика. А если Прасту станет известно о ваших шахматных способностях и желании провести турнир, то мне придется ему доплачивать, чтобы он взял вас обратно.

Эмилия подняла свиток со стола и засунула обратно в рукав. В глазах девушки мелькнули слезы.

– Я стою гораздо больше ящика гвоздей, господин барон!

– Насколько дороже? – с интересом спросил я.

 – У вас есть основания полагать, что Праст заплатит больше? Сколько же с него требовать?

Эмилия встала из-за стола с явным намерением уйти, но в последнюю секунду передумала.

– Вы всегда такой, господин барон? Хотя да, я наслышана о вас. Не хотите сыграть со мной в шахматы?

Я оказался готов к очередной неожиданной фразе.

– Потом как-нибудь. После боя у меня голова плохо соображает.

Мы все-таки закончили ужин, и Эмилия ушла.