Полукровка

Эста на скорости пролетела мимо Урджина. Он схватил ее за руку и с силой прижал к себе. Такой жест с его стороны удивил девушку, и как ни казалось ей до этого, что все хорошо, только сейчас, сокрушенная силой его объятий, она поняла, насколько заблуждалась.

Тепло… Его тепло заставляло ее постепенно расслабляться и выталкивать из своих мыслей тот ужас, что ютился в сознании. Эста почувствовала, как теряет силы и тонет в его сильных руках. Она схватилась за его рубашку и сжала нежный материал в кулачках.

– Эста, все хорошо, – прошептал Урджин ей на ухо, и от таких простых слов ее сердце заныло.

Урджин ласково поглаживал ее шею под спутавшимися локонами волос, когда почувствовал резкий толчок в грудь. У Эсты подкосились ноги, и она поняла, что проваливается в пропасть.

– Урджин, – прошептала она.

Снова толчок – это Эста била Урджина в грудь. Непроизвольно ее тело охватывала судорожная волна, и она с силой отталкивала мужа. В конце концов она окончательно потеряла нить происходящего и повисла на руках Урджина.

– Стефан!

Брату достаточно было взглянуть на нее, чтобы понять, в чем дело.

– Только не это! Урджин, помоги мне, помоги! Положи ее на землю и держи что есть силы.

– Что с ней?

– Она скачкообразно теряет энергию. Кто-то закрепил на ней дыру.

– Что?

– Держи ее.

Стефан наклонился над телом сестры и положил руки ей на голову. Его лицо было таким напряженным, будто ему требовалась недюжинная сила. Вдруг Эста изогнулась под руками Урджина.

– Держи ее! – закричал Стефан.

Эста открыла испуганные глаза и попыталась вырваться, но ничего не вышло.

– Эста, ты знаешь, что должна делать! Лежи смирно. Иначе будет еще больнее.

Она не понимала, что брат говорит ей. Голова раскалывалась, словно в нее вбивали кол, а суставы скручивало, будто кто-то выламывал их. Толчок – и боль усилилась настолько, что терпеть ее стало невозможно. Эста закричала что было сил. Слезы прыснули из глаз и ручьями потекли по щекам. Еще толчок. И снова. Она кричала, но облегчение все не приходило.

***

– Эста, проснись. Ну, давай же, Эста.

Знакомый голос доносился откуда-то издалека. Эсте не хотелось шевелиться, однако он не отставал.

– Малыш, давай, открывай глазки. Уже утро и пора вставать.

Эста подскочила будто ошпаренная.

– Утро? Какое утро?

Урджин сидел на краю кровати, держа Эсту за руку.