Неназванная

На стене висел ковёр с вытканным на нём гербом Велленхэма, но в Гатвине символику королевства узнавали немногие. После очередной чистки ковёр повесили вверх ногами, и никто этого не заметил.

Даже Алдар, регулярно имевший возможность любоваться этим произведением ткацкого искусства.

Над ковром, прямо на стене, были начертаны руны. “Справедливость превыше всего”, – гласили они. И посетители, и даже некоторые советники считали, что это – девиз Велленхэма, раз уж сие написано прямо над гербом. В действительности же высказывание никакого отношения к символам государства не имело.

Подлинный девиз, золотом развевавшийся с флагами в Стеррене или Визенгерне, “мечом, словом и молотом”, давал понять, что благосостояние страны зиждется на воинах, магах и ремесленниках. Но в Гатвине несколько пренебрежительно относились не только к гербу, но и к флагам, не вывешивая их без крайней на то необходимости.

Кайя, увидев надпись, согласно кивнула: мысль ей понравилась. В конце концов, она здесь именно потому, что рассуждает так же.

Справедливость должна торжествовать, и она будет прилагать все усилия, чтобы начертанное стало истиной.

За девиз Велленхэма девушка надпись не приняла. В отличие от многих, она чуть-чуть, но всё-таки разбиралась в геральдике дюжины королевств. В странствиях Бередар немало рассказывал ей про географическое устройство мира и его историю. Немного жаль, конечно, что для “справедливости” места в подлинном девизе не нашлось…

Девушка отодвинула тяжеленный дубовый стул с высокой спинкой и присела на самый краешек, в твёрдой уверенности, что это ненадолго.

Вот сейчас она признается, что само её присутствие здесь – недоразумение!..

Напротив неё стояла скамья для посетителей, сделанная по указанию Алдара нарочно неудобной, чтобы жалобщики слишком долго на ней не засиживались. Впрочем, тётка была привычна к этой скамье, и неудобства не испытывала.

– Моя соседка всё время на меня смотрит! – заявила она сходу, так, будто уличила соседку по меньшей мере в поедании людей живьём.

 – Цельными днями!

– И что? – моргнула Кайя, от удивления позабыв про свой план с признанием. – Это не преступление.

Не то, чтобы чародейке были известны все законы Гатвина, но она была уверена, что смотреть на людей здесь дозволяется.

– Вы не понимаете! – горожанка перешла на заговорщицкий шёпот. – Она смотрит, а у меня молоко скисает!

– Пока не понимаю, – со вздохом признала девушка.

– Порчу наводит! – всхлипнула тётка.