Неназванная

А сейчас – нате вам! Решать за других – это, получается, вмешиваться в их судьбы! Пусть по малозначимому поводу, но всё-таки… Что, если наложенное ею пустяковое взыскание, в две серебряные монетки, так расстроит проштрафившегося, что тот завалится в кабак залить “горе” и обсудить мерзавку-помощницу Алдара с сочувствующими собутыльниками? А затем, хмельной, упадёт в сточную канаву и свернёт шею. Семья останется без кормильца, дети пойдут побираться на улицах, а жена пьяницы – в какую-нибудь здешнюю “Усладу путника”…

Зачем она вообще ввязалась в эти дела? Артистку цирка, в общем-то, защитить – не защитила (а может даже наоборот, сделала только хуже).

Чуть не получила по… Да уж лучше бы получила! Зато сидела бы сейчас дома, кухарила себе спокойно или протирала окошки ветошью. А такое вот наказание и впрямь вышло строже, коварный Алдар не шутил, как выяснилось. А сам вон как ухмыляется… гусь бессовестный!

– Не смею более мешать, – с усмешкой сообщил бессовестный гусь, отпирая дверь в комнату для приёмов.

 – Главное, учти: в ссорах и скандалах невиноватых не бывает. А, кстати, купи к ужину свежего мяса, – он всунул ей в ладонь несколько монет.

Кайя всплеснула руками, советник заметил, что она хочет что-то сказать, и быстро ретировался.

– До вечера тебе работы хватит! – добавил он из дальнего конца коридора, и впрямь уже откровенно забавляясь.

– Кто из вас первый? – со вздохом обратилась Кайя к толпе.

– Я! – одна из тёток, растолкав всех, шагнула вперёд.

Подходя недавно к двери, Алдар её, конечно, узнал, и лишний раз порадовался, что спихнул все такие дела на Кайю.

Горожанка приходила в ратушу чуть ли не каждое утро, как на работу, и жаловалась, жаловалась, жаловалась…

– Прошу, – Кайя сделала приглашающий жест, указывая на открытую дверь в комнату для приёмов.

Она уже приняла решение. Сообщить горожанке, что Алдар назначил девушку помощницей по ошибке, что решать её дело (и все прочие дела) по-прежнему будет советник и что отвечать за эти решения тоже придётся ему, но уж никак не ей, не Кайе, занятие для которой – прибираться и готовить ужин.

Но не при всех же это говорить?! Озвученная прилюдно, история бросит тень на советника, мол, совсем сдурел, домработницу потащил в ратушу…

Убранство комнаты было довольно простецким, хоть и не настолько аскетичным, как в доме у Алдара. Возле окна стоял большой письменный стол, заваленный свитками пергамента. Груда таких же свитков громоздилась в огромном деревянном шкафу.