Принцесса и призраки

 – Что-то развалилось?

Я покрутила головой, но так и не нашла строение, которое могло бы рухнуть на дорожку. Может быть, его снесли? Но к чему было напрасно гадать.

– Камнепад, – негромко объяснил Кристиан. – Керриг… ненадежен, ведь так? Всегда был таким. Мятежи, бунты, шторма, горы, готовые обрушиться на целые селения.

Я обошла особо крупный валун, и вышло так, что мы с Кристианом разделились на время, но не выпустили рук друг друга.

– Здесь были подобные случаи?

– Много раз. Поэтому на побережье никто не селится под горами.

Красные крыши. А тут не было никаких крыш, замок стоял одиноко, дорожка петляла по скале, и все меньше футов оставалось между ней и обрывом.

– Вы сказали, тут катаются дети? – удивленно спросила я. – Как это возможно?

– Намного ниже, – пояснил Кристиан. – Мы идем самым коротким путем, как мой отец спускается к скалам.

– Верно я понимаю, что ваш отец назвал… участок… ближе к этому? – я указала на расширившуюся дорожку, и в этом месте обрыв был не настолько крут – довольно пологий, глубиной в два-три ярда.

– Верно. Только он указал место чуть дальше. Я, разумеется, знаю, где он упал.

– Каким образом, кстати, вы об этом узнали?

– Он позвонил.

Многие вещи объясняются проще, чем кажется.

– Разлом, – сказала я, нетерпеливым подергиванием потребовав от Кристиана отпустить мою руку. – Видите? Это след.

И пока он не опомнился, вытянула руку с индикатором прямо над трещиной.

– Так и должно быть, – поспешила я успокоить Кристиана. – Сущности привлекает внешний мир, они виснут возле разлома, но не бойтесь, они не выберутся.

– Как вы поняли, что здесь разлом? – Кристиан был изумлен, и я решила, что он в самом деле никогда не задумывался, как выглядит эта таинственная штука, которой нерадивые матери пугают непослушных детей. – Я думал, он прямо под замком.

– Это остаточные расколы.

Я присела на корточки, Кристиан сделал то же самое, но то, что видела я, не видел он. На вид – обычная трещина в скале, каких множество не только в Керриге, но везде, даже в подвалах старых зданий.

– Видите? – я указала на края разлома. – Они слишком графичны. Это наш термин, но его предложил как раз ваш коллега, который делал для нас карту крупных разломов на востоке Бриссара. Понимаете, о чем я говорю?

– Кажется, да, – с придыханием откликнулся Кристиан.