Калейдоскоп

Они нанимают сыщиков, подают на развод, грызутся за каждую сколько-нибудь ценную вещь…

Соланж лишь улыбнулась на это своей легкой, мудрой улыбкой, которая как-то не вязалась с ее юной внешностью.

– Мне не нужны вещи, Артур. Мне нужен только мой муж.

Было очевидно, что она его боготворит. Артур в очередной раз позавидовал своему другу. Он всегда задавал себе вопрос: что бы случилось, если бы тогда, в Париже, он осмелился заговорить с Соланж в тот день, на рю д’Арколь?.. Что, если?.. Этот глупый, лишенный смысла вопрос не даст ему покоя всю жизнь.

– Я полагаю, что он опять успокоится, – вздохнула Соланж и допила вино. – Теперь каждая его новая партнерша – это маленькая проблема, но, в конце концов, он устает от них. Ему нелегко, он всего себя отдает спектаклю… У актера тяжелая жизнь. Театр требует напряжения всех сил.

Соланж, похоже, действительно верила в то, что говорит. Однако Артур покачал головой:

– Нет, это не совсем так.

– Он… для меня… Он для меня все.

Она устремила на Артура взгляд своих выразительных глаз. Ее слова задели его за живое.

– Ну, тогда сиди и жди, пока он вернется. Он просто играет, Соланж. Пока ты относишься к этому с пониманием, это не так уж серьезно.

Соланж кивнула. Это был хороший совет. Она всегда была готова потерпеть, была готова скорее погибнуть, чем потерять его.

В результате очередной роман Сэма затянулся на целых шесть месяцев и закончился попыткой самоубийства его партнерши, после чего она оставила роль «по состоянию здоровья», и жизнь Сэма вошла в норму.

Соланж почувствовала большое облегчение. Угроза миновала, хотя и оставила неприятный осадок. Шел уже 1954 год, Сэм играл в спектакле еще целый сезон, вернувшись, как и прежде бывало, к жене и детям. Ни одна пьеса из тех, в которых он играл, не шла так долго, и когда ее сняли, и Сэму и Соланж было грустно.

На лето они с дочерьми отправились в Европу, в Сан-Тропе. Сэм давно об этом мечтал. Он там был во время войны – правда, всего один день – и всегда хотел еще раз побывать на этом курорте.

Артуру они послали открытку из Сан-Тропе, а потом еще одну, из Канн, затем совершили экскурсию в Париж, и Соланж показала дочерям, где жила, будучи ребенком.