Сущий дьявол

Коннор Меррик.

– Впрочем, Морган или Меррик – какая разница? Не могу понять, почему все верят в то, что Черный Волк – это дух умершего заключенного, который является, чтобы отомстить. Не нужно быть гением, чтобы сделать вывод: сей мифический тип, который, кстати, стал досаждать нам сразу после побега этого Меррика, – явно американец. И он поставил цель отомстить мне. – Чертыхнувшись, Деймон отложил в сторону книгу и, поднявшись во весь свой весьма внушительный рост, подошел к окну на корме. – Надо впустить воздуха, – сказал он, раздраженно распахивая окно.

Фойл крепко сцепил за спиной руки, чтобы не было видно, что они дрожат. Он боялся лорда Морнингхолла. Его боялись все, вплоть до лейтенанта Джона Редли, обладателя тяжелых кулаков, который распоряжался принадлежащими королевскому флоту кабриолетами. Сегодня его светлость пребывал в весьма мрачном настроении, хотя Фойл полагал, что осуждать его за это нельзя. Дьявольски обидно, когда сбегают американские военнопленные, тем более что об этом благодаря газетам узнает весь Портсмут.

Закусив губу, Фойл рискнул бросить взгляд на большую книгу, которую перед этим читал лорд Морнингхолл. Это оказался «Указатель болезней» Петерсона.

– Вы больны, милорд?

Маркиз метнул на него грозный взгляд.

– Разве я выгляжу больным, Фойл?

– Вы выглядите… усталым, сэр!

– Усталым… Что ж, пожалуй. – Повернувшись к открытому окну, он наклонил голову, рассеянно разглядывая ноготь большого пальца.

Внешне он казался спокойным, однако Фойла не обманешь. Морнингхолл умел скрывать свои эмоции под маской бесстрастной холодности.

– Так чего эта старая ведьма хочет?

– Старая ведьма?

– Эта валлийка, черт бы ее побрал!

– А-а, ну да… Вы знаете, сэр, старая ведьма решила изучить состояние корабельных тюрем и собирается начать с нашей.

– Понятно.

Продолжая теребить ноготь, маркиз посмотрел на бухту. Солнце отражалось в волнах и освещало его лицо, в котором действительно было что-то демоническое.

Фойл подумал, что подобные языки пламени полыхают в преисподней, и при мысли об этом у него пересохло в горле.

– Приходится лишь гадать, с какой стати она набросилась на эти тюрьмы, вместо того чтобы… – размышляя вслух, глухо проговорил маркиз, что отнюдь не убавило тревоги Фойла.

– Не знаю, сэр. Ее муж, покойный лорд Симмз, питал страсть к морским делам. Вероятно, здесь есть связь.

– Сомневаюсь.