Благородный дикарь

Джульет глубоко вздохнула и, встретив озадаченный взгляд Гаррета, пробормотала, покачав головой:

– Простите за резкость. Я совсем не хотела грубить. Сожалею…

– Нет-нет, не извиняйтесь, – попытался он улыбнуться. – Кстати, если вы плакали из-за меня, то напрасно: мой брат Люсьен не допустит, чтобы я умер.

– Разве он Господь?

– Нет, он герцог Блэкхит, а это, боюсь, значит ничуть не меньше…

Глаза его закрылись. Он слабел, говорил с трудом, хотя и старался придать своему тону беспечность. Сколько в нем силы и абсолютно нет эгоизма, свойственного представителям его класса.

Джульет в отчаянии покачала головой.

– Поберегите силы, милорд. Я понимаю, вы пытаетесь вселить в меня уверенность, что с вами все будет в порядке.

– Возможно, но если я и пытаюсь вселить в кого-то уверенность, то в себя. Что в этом плохого?

Она взяла его ладонь в свои, они долго молчали, а потом она спросила:

– Почему вы так поступили? Бросились на помощь, вместо того чтобы спокойно проехать мимо?

Он взглянул на нее с таким удивлением, как будто на ее вопрос даже не нужен ответ.

– О чем вы? Так поступил бы любой джентльмен. Разве мог я проехать мимо, как последний трус, и бросить всех вас на произвол судьбы?

– Понимаю, – сказала она печально, – не могли.

Джульет протянула руку проверить повязку и увидела, что ладонь ее в крови. Вытерев пальцы о свою накидку, она попыталась придать лицу бесстрастное выражение, чтобы не встревожить раненого, но обмануть его не удалось: она поняла это по его взгляду.

Заметив, что она расстроена, Гаррет решил приободрить ее и сменил тему разговора.

– Как я понял, у вас есть ребенок?

– Да, дочь. Ей всего полгодика.

– Можно на нее посмотреть? Обожаю детишек!

Джульет помедлила: девочка спала, и лучше бы ее не тревожить, – но отказать не смогла, ведь в любую минуту он мог умереть. Осторожно приподняв малышку, она показала ее раненому. Шарлотта захныкала и открыла глазки. У Гаррета сразу же разгладились страдальческие морщинки вокруг рта, на губах появилась слабая улыбка.

Он коснулся пальцами крошечных кулачков, даже не догадываясь, что перед ним племянница. У Джульет перехватило горло: на мгновение ей показалось, что это Чарльз прикасается к собственной дочери.

– Ты такая же красавица, как твоя мама, – пробормотал Гаррет. – Пройдет несколько лет, и джентльмены будут ходить за тобой толпами. Как ее зовут?

Вопрос был адресован Джульет, и она ответила:

– Шарлотта.